Марой и хранители

– Сколько дней занимает это состояние и что должно последовать за ним?

– От месяца и больше, – дрожащими губами произнесла Илария и зарыдала, забирая у Рене свои руки и платок.

– Так долго?! – вырвалось у ошарашенного гостя, и к слезам Иларии добавилось её раскачивание, грозящее перейти в знатную истерику.

Пришло понимание материнского беспокойства за дочь: Мариэль фактически получила статус беззащитной девушки-лумера. Жанетта, понятное дело, сбежит в любом случае, но будь на её месте оригинал, дело могло бы закончиться гораздо печальнее, учитывая наклонности Лоуренса… Рене не стал задавать уточняющий вопрос про загадочную перестройку маг-сил, чтобы не бередить рану.

Срочно нужен был Арман с письмом, где шархал носил этих Делоне?

– Как зовут ваших малышей, сирра Саула? – меняя тему разговора, обратился к женщине, которая была лет на десять моложе Иларии, а уже успела трижды стать матерью.

– Я не сирра, – вежливо улыбнулась та, напоминая, что для лумеров подобное обращение – роскошь.

– Позволите? – протянул руки к малышке, больше всех страдающей от выбросов негативной ментальной магии. – А вы помоли́тесь с сиррой Иларией, ведь ничто так не помогает, как искреннее обращение к Владычице.

Тётушка с удивлением передала дитя юноше, заботливо прижавшему хныкающую девочку к себе.

– О, моя Мариэль так любила детей! – простонала Илария, найдя новый повод для слёз, и родственница обняла её, призывая последовать разумному совету гостя.

Рене, покачивая успокаивающегося младенца, на которого свет подействовал быстро, подошёл к Антуану:

– Ну, чего ты встал? У тебя детства не было? Неси игрушки!

По возвращении с корзиной, наполненной нехитрыми детскими развлечениями, братец застал изменения. Матушка находилась в объятиях родственницы, молча положив усталую голову ей на плечо. Рене сидел рядом с Томасом и Франческо, рассказывал им сказку, по-прежнему покачивая на руках малышку.

По счастью для него, томящегося в ожидании нормального собеседника, который не бросит его ради сюсюканья с детьми, вскоре приехали Делоне. Ещё и Люсиль вышла из портала в приёмной зале у входа, а не в гостиной, как обычно: златовласку напугала записка от Антуана с предупреждением о второй Лонии от матушкиных слёз.