Марой и хранители

Хотелось проверить: действительно ли Арман чувствует её и придёт на мысленный зов о помощи? Впрочем, ответ уже знала. Медлила, потому что… «Разорву привязку, когда появится угроза раскрытия», – в конце концов призналась себе в нежелании отпускать Армана. Позже, во время работы на конюшне позвала его мысленно, и юноша появился слишком быстро, будто бы посмотреть, как идут дела у Рене. Получалось, что несколько дней назад он не к Люсиль бегал, а откликался на мысленный зов, не отдавая себе в этом отчёт.

Было ощущение, будто Некромант ничего зря не делает. Вот, например, пошёл приглашать Ленуара на выпивку и даже шкаф не задвинул. Анри как только переступил порог, усмехнулся:

– Ты, как я вижу, не только с чужим телом обходишься дрянно, а в целом – мофин[1].

Заметил сваленные на полу вещи, выдвинул решётку для просушки вещей перед камином, развесил на ней одежду Рене и поставил рядом мокрую обувь, подбросил поленья, лежащие сбоку от камина.

– О чём хотел поговорить?

Рене протянул бутылку и пригласил сесть рядом с собой на кровать. Некоторое время они перебрасывались колкостями, вспоминая розыгрыши в Академии. А когда Анри допил угощение, Некромант сладко потянулся:

– Спорим, я надеру тебе задницу даже в этом бездарном теле?

Ленуар засмеялся и полез в карман за палочками:

– Ты меня поэтому напоил?

– Так ведь и я пьян.

– А тебе хозяин тела не запрещал? – Анри грыз зубочистку.

– Это драться мне нельзя, а про благородно помахать мечами ничего не было сказано, – Рене поднялся. – Полог накинешь? Не хочу, чтобы на танец сбежались, и малышу пришлось объяснять, откуда у него уникальные способности.

– Ну, пойдём, – Анри встал, пошатнулся и засмеялся: – Ничего, для вальса мне хватит сил.

Вот теперь она истерила! Только её об этом уже никто не спрашивал.

Мелочиться не стали – сразу взяли по два учебных железных меча. Поначалу похохатывали со своих неловких пьяных движений, к тому же Некроманту пришлось укрощать тело, до этого дня не владевшее искусством ратного боя несмотря на пригодные внешние данные, позаимствованные у Армана.