Проклятый мир. Путь на Дагар.

– Юльда травку в ванную положила, она успокоит. Поднимешься?

Я закивала, оставаясь в том же положении, так как не хотелось двигаться.

– Ты справишься, ты сильная и смелая. Еще вредная и шутки у тебя отвратительные. Но ты добрая. И красивая, будешь когда помоешься.

Сквозь слезы хихикнула. Смотри ка, шутить научился, – не общайся с земными ведьмами, они плохому только учат. И спасибо. А теперь вали, я скоро буду, – сквозь слезы проговорила и попыталась улыбнуться.

– Не исправима, – усмехнулся, но не радостно, поднялся и скрылся за висюльками из лиан.

Поднялась, облокотилась спиной на ствол стульчика. Начала стягивать с себя ночнушку, которая на мне скорее стояла, чем висела. Откинула в сторону, то есть получилось, возле себя положила от нехватки сил. Ненавижу такое состояние! – возмутилась и начала убирать повязку с груди.

Ногти бы мне подстричь за такое дело. Царапины глубокие и щипают. Нужно будет мазь сделать, быстрее заживет. Медленно, на четвереньках добралась до ванны. С трудом погрузилась в водичку.

Теплая и ароматная. Медленно выдохнула, умыла лицо и снова застыла, пронзая взглядом пустоту.

Если боль такая невыносимая, какая тогда любовь? От боли появились и другие эмоции. От нее длинной вереницей тянется ощущение вины, щемящая тоска, безысходность, от того что невозможно вернуть прошлое и все исправить. Еще неутолимое желание отомстить, вот только некому. Мне придется учиться жить с этими чувствами. Другие же живут, значит и я смогу. Мне еще мир спасать.

На этих мыслях, я наконец отвисла.

Погрузилась в воду с головой, промывая волосы от пота.

Вскоре я, чистенькая и одетая, вышла к Риду.

– Уже лучше, – натянуто улыбнулся он и указал на стул, – садись, кашу сварил.

– Сам?

– Вообще-то я варю лучшую кашу в Исвэле!

– Кто это тебе такое сказал?

– А ты попробуй сначала! – он накидал разных фруктов в тарелку и пододвинул мне, всучив ложку.

Каша и правда получилась отменная. Я даже добавки попросила, отчего инкуб загордился. После, обработала ранки. Юльда мазь оставила.

Святая женщина. Потом пошли сидеть на травке. Солнышко так грело приятно, ну или светило грело. Не, ерунда получается. Светило яркое светило! Не суть, ощущения те же. Все было прекрасно, мне даже удалось немного успокоиться. Но не было печали, на пороге кто? Правильно! Некромант!

– Доброго, – сухо поприветствовал нас бледный. А сам по сторонам головой воротит.

Я его осмотрела и все. Смех сдержать не смогла. Скулы заболели, а остановиться не могу.