Два моста

- Просто делайте, что я приказал! И принесите побольше свечей, чтобы скорее прогреть воздух возле кровати! Я давно привык, что рядом с этой смертной всегда как на сковородке!

Сильвиана едва замечала, какой кавардак творится в комнате – все её мысли были о том, как бы не рехнуться от боли. Схватки шли уже почти без перерывов, но каждый раз, когда казалось, что хуже быть уже не может и сил кричать не осталось, новый мышечный спазм оказывался сильнее предыдущего. Девушка часто и тяжело дышала, отчаянно хватаясь за ладонь Эндимиона, его рука осталась последним оплотом надёжности и доказательством, что всё будет хорошо.

Первый крик ребёнка огласил комнату, когда раннее зимнее солнце скрылось за горизонтом. Измученная Сильвиана собрала последние силы, стараясь сесть и протягивая руки к малышу.

- Покажите… Покажите мне его… – просипела она.

- Сейчас, подожди немного, – принц бережно поправил ей подушку и через плечо обернулся на Бонму, которая ополоснула и заканчивала пеленать ребёнка.

- Ты молодец, – улыбающаяся женщина склонилась над Сильвианой и осторожно положила ей на грудь пищащий свёрток. – Здоровенькая девочка!

- Моя малышка… – девушка сморгнула набежавшие слёзы и счастливо улыбнулась, нежно обнимая дочь. – Добро пожаловать в этот мир…

- Поздравляю, – нарочито-небрежно буркнул Эндимион, глядя куда-то в сторону. – Как назовёшь?

- А выберите Вы для неё имя, – предложила Сильвиана. – Вы ведь спасли нас обеих.

- Шутишь что ли? – принц глянул на смертную, но та смотрела серьёзно, не похоже было, что она издевается.

- Тамира? Красивое имя! – девушка поцеловала ребёнка в макушку, тихо шепча. – Тамира, теперь тебя зовут Тамира.

Малышка беспокойно завозилась, вслушиваясь в материнский голос и жмуря глазки. На короткий миг её расфокусированный взгляд остановился на Эндимионе, и вампир уловил в глубине серо-голубой радужки красноватый проблеск.

- Отец, я могу с тобой поговорить? – младший принц остановился в дверях личных покоев короля.

- Разумеется, сын мой, проходи. Как твоя смертная?

- Всё в порядке, ей дали снотворное, чтобы она немного отдохнула.

- Вот как… Это хорошо. А как ребёнок?

Эндимион сел в одно из больших мягких кресел возле стола и, прищурив глаза, взглянул на отца. Тот стоял возле высокого стрельчатого окна, привалившись бедром к подоконнику, и смотрел на засыпанный снегом лес.