Два моста

Развернувшись, Полиньо покинул помещение, не проронив больше ни слова. Похоже, болтливостью он не отличался. 

Девушка хотела бы переодеться – влажное платье противно холодило плечи, а юбка из белой превратилась в серую, – но без посторонней помощи ей было не расшнуровать тугой корсаж. Она скинула шаль и аккуратно разложила её на кровати, чтобы просушить, а сама достала из сундука мягкую накидку, подбитую мехом. За окном продолжал моросить дождь, и сырость пробралась даже в комнату, где не горел камин.

Не зная, чем себя занять, Сильвиана забралась на кровать, поджав под себя замёрзшие ноги, и уставилась на большие часы, лениво покачивающие маятником.

Стрелки ползли обманчиво-медленно, а за окном стало стремительно темнеть. Дождь перестал, но противная сырость сквозняком проникла в комнату. Девушка зябко поёжилась и, надев туфли, подошла к окну. Тени больших деревьев казались в неровном свете проглядывающей сквозь тучи луны немного пугающими, они качали ветвями и шуршали листвой, будто исполинские чудовища, готовые заползти в окно.

От этих мыслей Сильвиане стало жутко, и она поспешила отойти от тёмных стёкол. В комнате не оказалось ни единой свечи, а сгущающийся мрак подползал всё ближе.

В коридоре послышались неспешные шаркающие шаги, дверь отворилась, и вошла высокая худая фигура с канделябром в руке. 

- Свечи, госпожа, – девушка едва различила тихий скрипучий голос горничной за биением собственного сердца.

- Спасибо, эээ…

- Гулитта, госпожа, – женщина поставила канделябр на стол.

– Желаете растопить камин?

- Да, это было бы кстати, – тут же закивала Сильвиана. – Здесь довольно прохладно.

- Тогда идите в столовую, я пока всё подготовлю.

Благодарно кивнув, девушка подхватила подсвечник и поспешила на первый этаж, стараясь не смотреть по сторонам: тени в незнакомом доме пугали её. Быстро спустившись по лестнице, она огляделась и направилась в сторону, указанную поваром. Столовая нашлась довольно легко, и хрупкая фигурка Сильвианы проскользнула в приоткрытую дверь.

Длинный обеденный стол предназначался для нескольких десятков людей, но сейчас был накрыть только на одного. На белой вышитой салфетке стояло несколько блюд, окружённых свечами, а возле бокала с вином в небольшой узкой вазе клонилась под тяжестью крупного бутона белая роза. Девушка улыбнулась, взглянув на неё – вряд ли так расстарался граф, а, значит, повар действительно не такой страшный, как выглядит на первый взгляд.