День за днем. Эпизод 6

И тяжко вздыхаем – совершенно не веря ни в какие чудесные исцеления…

Остаток вечера проходит в умиротворенной болтовне, питии успокоительного чая под бормотание сериала по телевизору и старательного отключения мозговой деятельности от проблем.

День 166 (316). Четверг

Все следующее утро, пока собираюсь на работу, настраиваю себя на философский лад. С чего я решила, что во всем виноват Андрей? Если путаница в сроках у семейки Егоровых, то может быть проблема в них, а не в Калугине? Пусть Наташа уверена, что добилась своего, но стоит ли отступать без боя, не нанеся ответных ударов? По крайней мере, это укрепит мое самолюбие.

А что касается Калугина, то поводов считать, что он переломил свое решение не сближаться со мной, как не было, так и нет. Так же как и доводов, что это не его ребенок, и он не женится, в конце концов, на Егоровой.

Так уговаривая себя, сегодняшний облик выбираю скорее спокойным, чем ярким. К брюкам - голубая присборенная на груди обтягивающая блузка с тонкими бретельками, поверх нее - темная, с синей каймой, укороченная накидка с полурукавами, с завязками под грудью, а волосы зачесаны локонами и скреплены заколками в единую волну.

Из бижутерии, в том же стиле - бусы и браслет из сцепленных черно-серебристых колец и колечек, подчеркивающих нечаянно возникшую «морскую» тематику. Осталось только якорь на шею привесить и на дно.

Тем не менее, с Калугиным с утра общаться еще не готова, и когда выбираюсь из лифта, неуверенно осматриваюсь, прежде чем прошмыгнуть к себе.

Вроде Андрея поблизости не видно и я направляюсь, через холл, к своему кабинету, невпопад здороваясь со встречными:

- Привет... Здрасьте…

Уже более уверенно сворачиваю к секретарской стойке, где топчутся Людмила с Гончаровой, и демонстрирую дамам улыбку:

- Привет Насть, привет Люся.

Гончарова поднимает глаза от писем, которые просматривает:

- Добрый день Маргарита Александровна.

И снова утыкается в бумаги. День? Да вроде утро еще, если и припозднилась, то чуть-чуть.

Люся поддакивает:

- Добрый день.

Ну и ладно. Тороплюсь дальше и тут же упираюсь в грудь Калугина. Он преграждает дорогу, не пропуская, хотя в руках журнал и он делает вид, что встал сюда по делу. Лицо Андрея серьезно ион набирает носом воздух:

- Привет, Марго.

Бунт изнутри лезет наружу, перебивая все утренние философские увещевания, и я вызывающе смотрю на него, словно за язык кто тянет:

-Привет. Как дети?

И гордо отправляюсь мимо под укоризненным взглядом.