Отравленная кровь

Жрецы на площади пришли в движение. У каждого в руках было по шелковому шнурку. Рейн сперва не обратил на них внимания, а разглядев, не сразу понял для чего они. И лучше бы он оставался в неведение.

Жрецы накинули шнурки на шеи девушкам и парням, стоящим перед ними на коленях. Те не дергались, не пытались вырваться. То ли их чем-то опоили, то ли они искренне верили, что приносят себя в жертву ради общего блага. Когда их душили, они не сопротивлялись. Все произошло быстро и в абсолютной тишине. Один за другим молодые, полные сил и жизни люди валились замертво, а Эль так и сидела с поднятой рукой.

— Всемогущие боги, — пробормотал Рейн, — да что ж это такое?

— Тише, — одернула Верда. — Делай вид, что наслаждаешься зрелищем, не то в следующий раз подарят тебя.

Вот так дар Богине. Рейн далеко не впечатлительный мальчишка. За свои двадцать семь лет много чего повидал, но ему стало дурно. К горлу подкатила тошнота. Он с трудом боролся с рвотными позывами, наблюдая, как уносят тела принесенных в жертву людей.

А дальше началось гуляние, народ веселился. Не понятно, что их радовало сильнее – то, что Богиня довольна, или что в этот раз в дар принесли кого-то другого.

Пока Эль исполняла свои обязанности – стояла как истукан, давая толпе вдоволь налюбоваться собой, Рейн потихоньку расспросил Верду о местных традициях. В частности о церемонии дарения.

— Тысячу лет назад, — объяснила служанка, — на острова явилась Великая Богиня.

— Много ума не надо, подчинить дикарей, — хмыкнул Рейн, но заметив недовольство Верды, умолк.

— Богиня создала народ Иллари из ничего. С тех пор мы ей поклоняемся.

— Но зачем приносить раде нее человеческие жертвы? Нельзя обойтись животными?

— Их приносили всегда. Еще во времена жизни Богини, — ответила Верда.

У Рейна вытянулось лицо. Это что за существо такое – Великая Богиня Иллари? И была ли она на самом деле или ее выдумали? Он осторожно поинтересовался об этом у девушки, стараясь не задеть ее религиозных чувств.

— Конечно, была, — уверяла служанка. — Приплыла из-за океана на корабле. Вся из золота.

— Постой, — перебил он, — корабль из золота? Такой не поплывет, затонет под собственным весом.