Отравленная кровь

Разумеется, причина была в том, что он опять в деле, а не в том, что он снова увидит Марику.

Он долго ждал, пока его впустят, но терпение в итоге было вознаграждено – дверь открылась. За ней стояла Марика, но он не сразу ее узнал. Девушка вырядилась и накрасилась, как торговка телом. Куда подевалось монастырское воспитание?

— Вы куда-то собрались? — вместо приветствия спросил он.

— Нет, — она покачала головой.

Дарк хмыкнул, но не стал комментировать ее «домашний» наряд. Девушка, судя по скованным движениям и опушенному в пол взгляду, и без того чувствовала себя неловко.

— Позволите войти?

Марика не ответила, лишь попятилась, пропуская его в дом. Переступив порог, Дарк по привычки огляделся, прикидывая пути отступления. Сказывалась профессия. Не сосчитать сколько раз ему доводилось спасаться бегством. Пожалуй, столько же, сколько догонять. Вся его жизнь – погоня. То гнались за ним, то он гнался за кем-то. Вдруг нестерпимо захотелось замедлиться хоть на мгновение, прекратить гонку.

Что за нелепые мысли посещали его в последнее время? Дарк повел плечами, сбрасывая наваждение.

— Едва ли вы пришли ради светской беседы, — Марика жестом пригласила его сесть. — Что-то случилось?

— Вы слышали об аресте Инги?

— Краем уха.

— Ее отпустили. Сегодня днем я посадил Ингу на корабль до Эльфантины. После всего случившегося, она пожелала немедленно вернуться домой.

— Выходит, она невиновна?

— Именно так, — Дарка охватило веселое волнение, пьянящее как бокал вина.

Марика поглядывала на него из-под опушенных ресниц, а Дарк силился просчитать ее ходы. Что она думает по поводу его прихода? Радостной она не выглядит, но упорно изображает из себя радушную хозяйку. Вместо того чтобы выставить незваного гостя, налила ему чай.

Каждая новая попытка понять Марику лишь сильнее его запутывала.

Младший брат частенько упрекал его в импульсивности. Поэтому главой рода стал он – сдержанный и рассудительный, а не азартный Дарк. «Сол, — частенько говорил ему брат, — твоя тяга к риску когда-нибудь погубит тебя». И он, конечно, был прав. Возможно, это произойдет как раз сейчас.