Соблазненная

Ладно, мебель из дерева, но свечи в наш век? Или это попытка создать романтику? В сочетании с обстановкой выглядит мрачновато. Как будто я перенеслась на несколько столетий назад.

И еще этот приторный запах цветов. Откуда он? Я скосила глаза на кровать, где сидела. Она вся была усыпана белоснежными бутонами похожими на лилии. Цветы лежали вокруг меня и частично на мне, закрывая ноги и доходя до талии. С кем бы я не уехала вчера из ресторана, он знает, как угодить девушке. Это приятно. И еще немного жутко.

Около стены кто-то шевельнулся, и я уставилась туда, ожидая увидеть мужчину, который так ради меня расстарался. Но наткнулась взглядом на женщину лет пятидесяти, одетую словно участник костюмированной игры. Этакий ролевик по средним векам.

Женщина смотрела на меня, не мигая. Странное у нее было выражение лица. Можно подумать, она увидела привидение. Ее нижняя губа подрагивала, она силилась что-то сказать и не могла.

Я тоже, мягко говоря, удивилась. Допустим, я вчера была не в себе, но не настолько же, чтобы сменить ориентацию.

Женщина все-таки совладала с собой. Сложив пальцы перед грудью в какой-то замысловатый знак, она прошептала:

— Покойница ожила.

— Это вы мне? — спросила я и едва не вскрикнула – горло отозвалось дикой болью.

Из-за боли в горле голос звучал хрипло, как у курильщика с приличным стажем. Возможно, именно это напугало женщину. Потому что она вдруг шарахнулась в сторону, а затем, застонав, повалилась на пол без чувств. Надо же какая впечатлительная.

Женщина упала с таким грохотом, что я испугалась, как бы она не повредила себе чего. Торопясь ей на помощь, я принялась выкапываться из-под цветов. Это заняло целую вечность.

Я почти выбралась на свободу, когда дверь в комнату открылась и вбежала девочка лет двенадцати. Тоже в костюме под старину: платье с воздушной юбкой, голубые ленты в темных волосах. Она застыла столбом в изножье кровати. Немая сцена повторилась. К счастью, нервы у девочки были покрепче. Пристально осмотрев меня, она улыбнулась.

— Ты очнулась, — выдохнула она. — Скажу папеньке. Вот он обрадуется.