Рябиновая невеста

− Ну, так и быстрее подохнет, − ответил Торвальд невозмутимо, но когда Олинн присела рядом с мужчиной, собираясь проверить, жив ли он, то воскликнул, перехватывая топор поудобнее: − Эй, эй! Пичужка! Не трогай его!

− Да что он сделает-то? Он же не дышит почти!

Монах не может быть опасным. Всё-таки божий человек. Божьи люди никого в Олруде не трогали.

Хотя теперь, когда она рассмотрела его вблизи, он показался ей поистине огромным. Торвальд-то не маленький, выше него во всей крепости лишь кузнец Ликор, да только этот монах будет побольше даже замкового кузнеца.

А уж рядом с ней он, наверное, покажется и вовсе великаном!

Олинн придвинулась ближе, опустилась на колено и осторожно приложила ладонь к шее мужчины.

− Он жив! – воскликнула почему-то полушёпотом, услышав под кожей слабое биение сердца.

Глянула вверх и увидела на камне, чуть выше по склону, следы крови.

Может, мужчина оступился и упал вниз с каменной гряды? Вот голову и расшиб. Да только что он здесь вообще забыл? И как попал на эту тропку?

С тех пор, как сюда, на Великие болота Эль, через Перешеек пришла война, южан тут не жалуют.

А уж божьих людей и вовсе.

Олинн вскочила.

И что с ним теперь делать?

Если решать умом, то Торвальд прав – бросить его здесь. Божьи люди – враги, и в болоте ему самое место.

Но если решать сердцем… Оставят его здесь – он, ясное дело, умрёт. Но ведь теперь, когда они его нашли, получается, что Олинн стала его аэсмэ* − ответственной за судьбу.

Бросит его умирать, а потом в Небесных чертогах ей это припомнится. Ведь бросить умирающего — всё равно, что самой убить. А убить не в бою — значит обречь на вечные скитания в холоде Тёмных долин, и не ей решать, заслужил ли он это.

− Жив, да толку-то? – пожал плечами Торвальд, снова трогая монаха носком сапога. – Видать, всё равно недолго ему осталось.

− Надо отвезти его в замок.

— В замок? – недоверчиво переспросил Торвальд. – Ну, это нужна телега, а она сюда не пройдёт.

Да и помрёт он по дороге, только возня почём зря и выйдет.

— Или нет, в замок не надо! Лучше в избушку к Тильде! Мы недалеко ещё отъехали. Она его и вылечит, — Олинн вскочила и отряхнула руки.

− Это ещё зачем? Пусть бы тут и подох, − буркнул Торвальд. – Зачем нам его тащить да спасать?

− А затем. Видишь его? Это — Хравн*, − Олинн указала на ворона, который всё ещё сидел на ветке. – Это он привел нас к нему. Он указал на это место.