Помощница ведьмака. Книга 2

В тот самый первый день, когда я оказался в лавке Зофии и мы встретились, я понял, что ты ведьма, но… - он сделал паузу, - но не понял, какая именно. Твоя аура была неровной. Белые полосы в ней переплелись с черными, и сперва я было подумал, что ты находишься на перепутье силы, стоишь перед выбором, по какому пути идти дальше.

- Ты и сейчас это видишь? – спросила я.

- Да, - ответил ведьмак, - все без изменений. Ты ведьма с неопределенным уровнем силы. Не черная и не белая.

- Быть такого не может, – мои брови взлетели вверх, а сердце упало вниз.

Роланд чуть придвинулся ко мне. Наши взгляды встретились, и я почувствовала, как грудь сжало от волнения, а дыхание перехватило.

- Ну, почему же невозможно, – проговорил он тихо. – Одну ведьму, подобную тебе, я уже встречал. Потому так и удивился. А книга только подтвердила мои догадки и подозрения.

Теперь настала моя очередь приблизиться. Наши лица оказались слишком близко друг от друга. Взгляд Роланда упал на мои губы и застыл.

- И кем была эта ведьма? – спросила я шепотом.

- Думаю, ты имела честь разговаривать с ней, - сказал ведьмак и со вздохом отклонился назад, - это Старшая Ведьма Круга. Агнешка.

***

Яна провожала нас до самой калитки. Я догадывалась, что хозяйка дома, приютившего нас, отчасти сожалеет о том, что сделала. Но только отчасти. Думаю, если бы ей снова пришлось выбирать между честью и жизнью мужа, она выбрала бы его жизнь. Будь я на ее месте, даже не знаю, как поступила бы в подобной ситуации. Все же, это был риск. А для Яны Ероним опора.

- Я не держу на вас зла, – сказала, когда Роланд и Мрак вышли на дорогу. Посмотрела в лицо Яне, постаралась улыбнуться.

- Вы добрая, госпожа, – хозяйка дома поклонилась мне.

- Ноги Главы заживут, - произнесла тихо, - он даже не будет хромать.

Яна подняла на меня взгляд.

- Спасибо, – произнесла женщина.

- Уля, пойдем, – позвал меня ведьмак и я решительно направилась к нему. Не обернулась, когда мы пошли по заснеженной дороге, хотя чувствовала на себе взгляд Яны почти до того момента, пока не завернули за угол и не поспешили к полю, раскинувшемуся вдали белоснежной гладью с торчащими из-под снега, то тут, то там, забытыми с осени колосьями.