Помощница ведьмака. Книга 2

Двери, которые ведьма распахнула решительно, даже не скрипнули, но нянечка, что дежурила у постели маленькой девочки по имени Настуся, проснулась и подняла голову. Задремавшая у кроватки, она сонным взглядом посмотрела на вошедшую, больше похожую на черную тень.

- Спи, – Агнешка подняла руку и няня снова уронила голову, погрузившись в сон еще более крепкий и сладкий, а ведьма приблизилась к спящей девочке и склонилась над ней, всматриваясь в черты.

- Проснись, моя радость, – проговорила она спустя некоторое время и ласково прикоснулась к щеке Настуси.

Ребенок открыл глаза и посмотрел на красивое лицо незнакомой женщины, что стояла перед ней. Девочке бы испугаться, но она не почувствовала страха и лишь улыбнулась.

- Нам пора, – повторила Агнешка и протянула к Настусе руку.

- Кто ты? – спросила княжна Биллевич.

- Сейчас это не важно, – ответила ведьма и тут заметила кольцо, висевшее на шее девочки на тонкой золотой цепочке.

- Подарок жениха? – спросила Агнешка и девочка опустила глаза.

- А мама? – спросила девочка, прихватив подаренную Генрихом куклу.

- Мама придет после, – ответила ведьма. – Ты же мне веришь? - В глазах Старшей Сестры Круга вспыхнул свет. Настуся едва заглянула в них, как тут же застыла, проваливаясь в темные омуты ведьмовского взгляда, которые словно затягивали ее внутрь.

- Вся жизнь с чистого листа, – прошептала Агнешка и девочка рассеянно кивнула, похожая на марионетку. Из ее рук выпала кукла и мягко упала на пол. Фарфоровое личико пошло мелкими трещинками и замерло, уставившись в потолок.

- Пойдем, – настойчиво потянула ребенка за собой ведьма. Княжна переступила через куклу и за руку с незнакомкой, вышла за порог в темный коридор. Пока она шагала вперед вся ее короткая жизнь словно отматывалась назад.

Уже на ступенях, что вели вниз, Агнешка открыла портал и бросила взгляд через плечо.

- Ты опоздал, – обращаясь в пустоту зачем-то произнесла она и вместе с девочкой вступила во тьму.

Ведьма резко выдохнула и вздрогнула всем телом, возвращаясь из своих воспоминаний. Она прожила так долго на этом свете, что какие-то несколько лет промелькнули для нее как неделя, как месяц.