Отданная, или жена императора

– Ааа! – беспомощно взмахнула я связанными руками в воздухе и уставилась на неминуемо приближающуюся землю…

Глава 18

– Ааа! – беспомощно взмахнула я связанными руками в воздухе и уставилась на неминуемо приближающуюся землю…

Но тут же ощутила, как меня хватают и прижимают к себе сильные мужские руки, и практически сразу за этим последовал удар о землю, но только я его совсем не почувствовала, ведь подо мной был мой спаситель.

– Не ушиблась? – раздался над ухом заботливый голос.

– Нет, все хорошо, – растерянно пролепетала.

– Да нет, не очень, будем считать, что я знаю некоторые приемы по безопасному падению, – ответил Лорриель, подмигнув.

– Ох, я ведь раздавлю вас, сейчас встану, дайте мне пару минут, – покраснев, попыталась принять вертикальное положение максимально грациозно.

– Не волнуйся, ты совсем не тяжелая, наоборот, легкая, как пушинка, – ласково с улыбкой произнес Лорриель.

Я впервые видела, улыбающегося императора.

– Благодарю, – смутившись, ответила и срочно поменяла тему разговора. – Эм, нам как–то нужно обратно во дворец вернуться, пойдемте?

Сделала шаг в сторону и слегка пошатнулась. От пережитого напряжения ноги отказались как следует слушаться меня.

– Конечно, пойдем, – и Лорриель подхватил меня под попу и понес на руках, бодро шагая к зданию.

– Вы что? Зачем? Я сама бы дошла! Не стоит, вы надорвётесь!

– Нет, – коротко ответил Лорриель, двигаясь дальше.

– А что мне о себе думать? Я жива, в безопасности, с моим спасителем, – последнее невольно сказала с придыханием и заглянула Лорриелю в глаза. – Плохого со мной больше ничего не случится.

– Ты так в этом уверена? – хитро прищурился Лорриель. – А если я и есть то самое плохое?

– Почему–то теперь совсем не верится, – ответила, растягивая слова.

Взгляд темных, почти черных, глаз завораживал, я словно окуналась в два глубоких озера, из тех, что иногда называют бездонными. Непривычная близость мужского тела будоражила. Ведь раньше меня не носили на руках молодые харизматичные правители.

Но самым удивительным было то, что такой император мне нравился, притягивал, пробуждал неизведанные до этого момента чувства, что как будто спали глубоко внутри все предыдущие годы моей жизни.