Венерианка

– Я застрелю тебя прямо здесь и пойду обедать! Не думай, что ты особенный, и что тебя это спасёт. Я убивала тысячи таких, как ты. 

– Не таких, – перебил он. – Я другой. 

– Мне не интересно. Если ты не будешь сотрудничать, все быстро закончится. 

– Она была начинена опытным образцом, – начал он неожиданно, – но очень необычным. Мы долго добивались идеального результата, наконец, получилось. У нас начали рождаться такие дети. Они прекрасны снаружи, но созданы убивать. Дети прекращают расти в десять лет, но к этому возрасту у них, как правило, должен быть богатый послужной список, в плане их программы – убивать.

Максим умолк, внимательно следил за моей реакцией. Я слушала шокирующую новость, не моргая. Он упивался моей растерянностью.

– Зачем ты привёл её сюда? Мы же все равно не оставили бы мальчика, которого она носила. 

– С чего ты взяла, что это был мальчик? 

– Это была девочка? 

– А-а, – помотал хитро он головой  пошёл прилёг. 

– Говори! – приказала я, но он начал мелодично посвистывать в потолок.

Больше он не говорил ничего, как я ни приказывала, и не смотрел в мою сторону. Я ушла, поднялась к своим девчонкам. 

Значит, скоро нас ожидают сюрпризы. Дети-убийцы. Они изготавливают их лабораториях и внедряют в пленных женщин. Значит, пленниц больше спасать нет смысла. А какой смысл Максиму сопровождать Клару? Он мог погибнуть на подходе или попасть в плен и погибнуть. Им, скорее всего, пожертвовали, чтобы убедиться, что Клара проникнет внутрь.

– Не кормить, не поить. Он у меня разговориться, – приказала я девчонкам на стреме. – Если что, сразу звоните.

– Есть! – послышалось в ответ. 

Я поднялась на второй этаж здания. Там был мой кабинет. Была ещё кое-какая работа на компьютере. 

До шести я проторчала в одиночестве, заполняя отчётность для вышестоящего руководства. Глаза болели, спина ломила. А дома Макс, голодный. Надо ехать домой. 

Попрощалась с дозорными, спросила у них о пленном.

Глава 11

Ворочаюсь. На часах полночь. Кружится голова. Не могу закрыть глаза. Как только закрываю их, возникают картинки. Кадрами мелькают образы, ощущения. Я вижу себя в обнимку с парнем. Это не Лёша. Я молода, мне от силы шестнадцать. Он прижимает  меня к себе и целует. Я чувствую, что таю в его объятиях. Я хочу большего. Гоню от себя эти чувства, заставляю себя встать. Это был сон? Так я же не спала.