Венерианка

В двадцать два года мы уже были богаты двумя детьми, когда некоторые строили карьеру, искали того единственного. Многие крутили пальцем у виска, зачем, мол, обременять себя узами брака, детьми. Замужество постепенно выходило из моды. "Добровольно сдавать себя в рабство", – как выражалась моя однокурсница в университете. Я же сделала свой выбор и не жалела о нем. У меня все было хорошо. Двое здоровых детей, прекрасный муж, большой дом, машина в кредит. Всё это мы сделали вместе с моим Лешей, ну и родители немного помогли.

На часах – двенадцать ночи. Лёши все нет дома. Его мобильный не доступен. Что-то случилось. Моё сердце было не на месте. Он так сильно не задерживался. По крайней мере, звонил, если что, а тут и телефон выключен. Надо позвонить Артёму, они вместе работают на предприятии. Набираю. 

– Артём, извини, что так поздно. Лёша не с тобой? 

– Нет, Даша. Он поехал домой. Мы отметили день рождения коллеги. Не волнуйся, он скоро будет дома, – заверил меня его товарищ. 

– Хорошо, извини.

Не находя себе места, я мерила шагами кухню. Дети уже спали наверху, в детской. Я ещё час побродила от окна к окну и прилегла на диван. Проснулась от того, что на лицо мне пролили воду. В испуге я вскочила. Передо мной стоял Лёша, сильно пьяный. Его брови сдвинулись, он был зол. 

– Стерва, я тебе безразличен? – кричал он. 

– Что ты творишь? Не кричи, дети спят, – пыталась его успокоить я. 

– Не прикрывайся детьми, я все знаю. 

– Что ты знаешь? – удивилась я.

– Ты, шалава, я ненавижу тебя. 

С этими словами Лёша вцепился мне в шею и начал душить. Он был невменяем, перед глазами пустота. Каким-то чудом он ослабил хватку, и я вырвалась. На коленях я отползла от него. 

– Ты мне не звонила, я тебе не нужен. Я тебя порву, просто порву. 

Он уставился в стену и говорил с ней. Затем он ударил по ней кулаком, разбил себе кисть в кровь. Он бил рукой в стену, раз пять, потом встал и ушёл в нашу комнату на второй этаж.

Через минут пять я на цыпочках поднялась наверх и взглянула в щелку двери в нашей спальне. Он лежал на кровати. Я взглянула, спят ли дети. Спят. Снова спустилась вниз. Спать я уже не могла. Я заснула лишь к утру. Меня разбудил Лёша с Даней на руках. 

– Спишь, не слышишь, ребёнок проснулся, – негромко пробасил взъерошенный Лёша, сажая мне его на живот. 

– Мама, – обрадовался малыш.