Венерианка

– Ну, да ладно, – встал с места и отвернулся. – Я чувствую, что только навел на тебя смуту. От судьбы никому из смертных не убежать. Он жертва обстоятельств. На земле каждый третий – жертва обстоятельств. Но это скоро изменится. Скоро каждый житель Земли будет счастлив. И выбирать свое счастье он будет сам. Мы будем управлять их судьбами, а взамен забирать их черные души черезпару десятков лет. Подумай, что лучше: жить семьдесят лет и ограничивать себя во всем, думая о ближнем, а не о себе, или жить в счастье, имея все, попробовав все, пусть всего двадцать лет.

   – Но это же страшно несправедливо, – возразила я. Сердце так и сжалось от сожаления. 

   – Это обязательная жизненная ложка дегтя.  Жизнь – игра, а запрограммировал ее я. Ты со мной?    

    – Играть людьми? А как же любовь? В двадцать лет умирать счастливым, оставив любимого? – на глаза навернулись слезы, я вспомнила о Косте.

   – Не забивай голову ерундой! – выставил старик свой тощий указательный палец.

– Этот Костя, сама понимаешь, теперь о тебе и не вспомнит. Он украл у своего приятеля девушку и машину неспроста. У него такая программа. У него и Марины все будет относительно хорошо, пока он вдали от Саранска и от тебя, – направил он свой указательный палец на меня. 

   – Все правильно, – закивала я головой. – Кто я? Даже не Лиля. Какая-то Мун. Меня вообще не должно было быть. На меня нет пары, – закрыла я в отчаянии лицо руками. – Я, наверное, мертва.

Или в коме, – перебирала я логические варианты в данной ситуации. – Ведь это же невозможно? – почти взмолилась я, не ощущая ни радости, ни уверенности, только страх и боль. 

     Я закрыла лицо руками в надежде, что он не увидит мои мысли. Это искуситель. Дьявол. Бес. Другого объяснения я не вижу. Я подозревала, что я ошибка природы. Что за глупый эксперимент! Бога? Черта? Но я же родилась. Ходила по Земле. Жила. Без судьбы? Я сама ее творю! Это выход. Не хочу быть особенной, хочу просто любить, в конце концов, и быть любимой.

Как все на Земле. 

   – Итак, дорогая, зачем мы здесь, на крыше мира? – старик вознес руки над головой, и небо будто сверкнуло.  Эта вспышка осветила все вокруг. На секунду я увидела происходящее со стороны. Я здесь, чтобы исправить ошибку. Я, Лиля Тайнова, и другого быть не может.  Я встаю с колен и иду к старику. Ровняюсь с ним на карнизе, смотрю вниз. Это и есть крыша мира.