Поцелуй для спящей принцессы

— Весьма примитивно, думаю, но привезли их прямиком из столицы Светославии, выкупили у проверенных лиц…

Ниссель прошлась между рядов, коснулась одного из листьев.

В саду было тепло — теплее, чем во дворце. И гораздо теплее, чем на настоящей улице. В таких условиях расти и покрываться цветами кажется самым правильным занятием.

Ниссель улыбнулась вдруг, больше всего надеясь, что успеет стереть эту улыбку с лица, прежде чем повернется к Идвигу.

Это был один из самых грустных дней ее жизни.

И вместе с тем — один из самых счастливых.

— На том конце тоже есть дверь. Ключ от нее этот же… И в заборе есть лазейка, через которую можно попасть в город, — продолжил Идвиг. — Так, на всякий случай.

— Хорошо.

— Как тебе? Слишком просто?

— Неплохо, — Ниссель пожала плечами. И призналась: — Приятно. Спасибо.

И все-таки развернулась.

— Не стоит… Ниссель, — он так резко произнёс ее имя, что фея вздрогнула. — Если бы не стечение обстоятельств, ты бы уже ушла, так?

— Скорее всего.

Король покачал головой. И, сделав еще пару шагов, мгновенно уничтожил всё расстояние между ними.

— Ниссель…

Он приподнял ее подбородок, внимательно посмотрел в небесно-синие глаза своими льдинисто-серыми.

— Да?

Она вскинула брови. И, не вытерпев, тоже коснулась лица Идвига. Поправила прядь светлых волос. Кончиками пальцев провела по виску, скуле, скользнула по щеке, дотронулась до нижней губы. И резко отдернула руку.

— Ты согласна стать моей женой? — прошептал Идвиг, не отводя взгляд от ее лица. — Я спрашиваю со всей серьёзностью.

Ниссель вспомнила собственную матушку — королеву темных фей, что в погоне за магией обронила сердце и даже не попыталась его вернуть.

Вспомнила северную королеву, что всего лишь несколько дней назад, глядя ей в глаза, ожидала, пока Ниссель — и ее ребенок — отправятся на тот свет.

Вспомнила себя — ту, что в один прекрасный день решила убежать из дворца и отправиться на поиски более счастливой жизни, а оказалась здесь.

И, не сдержавшись, рассмеялась.

— Что не так? — Идвиг нахмурился.

— Ты знаешь многое, — Ниссель качнула головой, освобождаясь от касания Идвига. — Но не всё. Нет, мой король. Навсегда, на вечность вперед, клянусь тебе — нет.

Здесь никак не могло быть ветра — и всё же листья на розовых кустах встрепенулись, а в следующее мгновение повисли обреченно.

***

Ещё один откровенный разговор случился в последние дни лета — того самого лета, которого ждешь всю зиму, а оно проносится незаметно и в большинстве своем бесполезно.