Оковы Смерти

Ему исполнилось двадцать один за пару месяцев до того, как пламя отметило Влада. И охотник был уверен, что Данияр невзлюбил его ещё больше за это.

Воронёнок понятливо кивнул и направился к лежащей на земле Ведеславе. Разглядывал её не дольше нескольких мгновений, а после легко поднял на руки.

Её голова безвольно завалилась назад, растрёпанные волосы практически достали до земли, тонкая шея обнажилась, осталась неприкрытой. И теперь Влад увидел животный блеск в чужих тёмных глазах. Данияр сильнее сжал пальцы на девичьих руках, будто хотел ощутить холод её кожи своими ладонями, чуть наклонил голову вперёд, изучая хмурое лицо.

С ухмылкой поднял глаза на Влада, но тут черномаг что-то сказал, и Воронёнок выпрямился, подчиняясь, и понёс травницу куда-то в темноту леса.

— Отпустите её! Не трогайте. Не трогайте Веду! — взревел диким голосом Влад, стараясь побороть сдерживающие его тёмные силы. И ему это даже удалось. Он успел сделать несколько резких шагов вперёд, длинные пальцы практически дотронулись до рукава разорванной девичьей рубахи.

Николай не стал размениваться на объясняющие слова или просьбы успокоиться. Его кулак несколько раз врезался в лицо младшего брата, и избитый до этого Влад уже не смог сопротивляться, проваливаясь в глубокий обморок.

Николай, убедившись, что охотник не собирается приходить в сознание в ближайшее время, поднялся на ноги и вытер испачканную в чужой крови руку белым платком. Заметил недовольный взгляд Чеслава, обращённый к нему, и пожал плечами, не собираясь оправдывать чрезмерную жестокость.

Глава охотников грузными шагами подошёл к Владу и без труда забросил его бессознательное тело себе на плечо, а после сгрузил его на круп своего коня.

— Вы уходите, моё время ещё не пришло. Лес продолжает сопротивляться, мне нужна была чёрная кобыла. Она стоит сотни, а то и тысячи наших коней. Мне придётся поддерживать пламя вручную, не дать ему погаснуть. Приведите тень в сознание и заставьте её говорить, — просипел черномаг, тяжело присаживаясь на ствол поваленного дерева.

— Как пожелаешь, Черноглав, — отозвался Чеслав, запрыгивая в седло, остальные поступили так же и покинули поляну Чернолесья.

***

Два дня спустя

Влад очнулся в мягкой постели. Вокруг нависала темнота, и только тонкое пламя догорающей свечи боролось с ней. Он на пробу двинул рукой и ногой.