Вторжение в Мидгарт

Турсы тщетно пытались остановить движение Кормителя Воронов дубинами, которые раскалывались в щепки, оставляя своих хозяев безоружными перед древним мечом. Три руны, вырезанные на клинке, вспыхивали и гасли всякий раз, как он настигал очередную жертву. Победный крик Вульфа разносился над Ароти и тонул в жалобном визге зеленых тварей, которых с каждым вздохом становилось все меньше. Они отчаянно пытались вырваться из окружения, но люди держали строй, предотвращая всякую попытку бегства. Отряд троллей стремительно редел, а ильвинги и хордлинги, несмотря на усталость, стояли плечом к плечу и дрались все яростнее, приближая скорую победу.

* * *

Весеннее солнце повисло над горизонтом, одаривая прощальным светом людей и полуразрушенные строения Ароти. Выжившие воины бродили среди распростертых тел, выискивая раненных товарищей и оттаскивая в сторону мертвых. Женщины и дети вылезали из погребов и сходились к месту побоища, с ужасом рассматривая отвратительные зеленые тела. Женский плач сливался со стонами раненых и карканьем кружащих в небе воронов.

Вульф вложил меч в ножны, снял шлем и подошел к Фолькхари, который сидел на земле, прислонившись спиной к стене дома. Рядом находилась его дочь Хильдрун и перевязывала рану на бедре отца. Фолькхари поднял глаза на Вульфа. Хотя князь хордлингов был моложе покойного Хрейтмара, седина все же виднелась в бороде и длинных волосах. Морщины и многочисленные шрамы делали его лицо похожим на смятую простыню.

– Как ты себя чувствуешь? – участливо осведомился Вульф.

– Превосходно! – уверенно кивнул Фолькхари и поморщился от боли. – Мы же победили, а это главное.

Хильдрун закончила перевязку и помогла отцу подняться на ноги. Хигелак, Сигурд и Хродгар подошли к своему брату. Рядом с Фолькхари встали Иварр – его брат, и Гундхари – его сын. Некоторое время они с недоверием рассматривали ильвингов, затем Фолькхари протянул ладонь Вульфу. Молодой ильвинг принял ее в свою и сказал:

– Слава Тивазу, мы победили!

– Слава Тивазу и всем святым богам и духам! – ответил Фолькхари.

Воины двух родов обменялись рукопожатиями и теперь выглядели дружелюбнее. Застарелое чувство взаимной ненависти начало долгий и нелегкий путь в прошлое.

– Я обязан тебе жизнью, – промолвил князь хордлингов, глядя в бледно-серые глаза Вульфа. На мгновение он замялся, не решаясь сказать чего-то, но все же выдавил: – Хотелось бы, чтобы сегодняшний день положил конец вражде между нашими племенами.