Александрит для нага

- А это безопасно? – настороженно уточнила я, теперь в любой момент, ожидая от змеиного народа подвоха. После моей мутации мне пришлось провести на больничной койке почти неделю. Восстановление происходило весьма сложно, и Гарден, местный врач, все это время был неотлучно рядом со мной. Если можно так сказать, мы с ним даже в некотором роде «подружились». Когда мне было совсем плохо, змей сидел рядом с моей постелью, развлекал разговорами и поневоле рассказывал о своей расе, благодаря чему мне удалось хоть что-то узнать о хвостатых нагах.

- Конечно, - недовольно цокнул Арлен. - Это прос-с-сто украшения, ну и знак для вс-с-сех, что ты принадлежиш-ш-шь мне.

- В прошлый раз вы тоже сказали, что метка безопасна, - вздохнув, с неохотой протянула руки. – А я в результате едва не умерла

- Пользуеш-ш-шься моим хорош-ш-шим расположением к тебе, уже дерзить начала. Не забывай, я и наказать могу, - он прищурился, продемонстрировав иглы своих острых клыков.

- Я сказала лишь правду, - в ответ пожала плечами.

Побывав на грани жизни и смерти, я перестала бояться окружающих меня нагов, потому что осознала - есть нечто пострашнее, чем хвостато-чешуйчатый народ. Да и убивать никто меня не собирается, иначе бы просто-напросто не стали спасать.

Арлен купил свою «Алекс-с-сандрит» за большие деньги и надеялся сделать звездой своего городка. Гарден, изучая мою ДНК, шипел, что такого не бывает и как истинный ученый смотрел на меня, как на подопытную мышь. Настоящий фанатик, что уж тут сказать. А Раффин… Этот наг, к моему удивлению, чувствовал себя виноватым, ведь это он не поверил моим крикам и не остановил процедуру нанесения метки.

И он заботился обо мне, по-своему, даже опекал. Да, теперь меня окружали хвостатые шипящие наги, но человек ко всему привыкает, и я привыкла.

Тем временем Арлен что-то прошипев о наглой землянке, которая свалилась на его несчастную голову, и перевернула весь привычный уклад жизни, вытащил из коробки, лежащей на столике, два широких серебряных браслета и ловко застегнул их на моих запястьях.

- Ну вот и вс-с-се. Теперь любой наг будет знать, кому ты принадлежишь, - сообщил он, - и никто не пос-с-смеет тебя обидеть, иначе будет иметь дело со мной.

Я стала разглядывать «украшения». По внешнему виду - браслеты выглядели как симпатичные безделицы, очень легкие, с красивой гравировкой в виде непонятной надписи. Если не знать, что это «метка рабства», то никогда и не догадаешься, а на руке они смотрелись очень даже симпатично.