Невыносимый Дар

Потому что почти перед нашим магмобилем дорогу переходит женщина. Высокая брюнетка в неновом бежевом плаще.

Увидев ее, я начинаю стекать по сидению куда-то вниз, но мы все равно встречаемся глазами, и в ее взгляде мелькает узнавание.

— Погнали, быстро! — командую я Дару. — Он снова смотрит на меня с недоумением, но слушается, не задавая вопросов. А женщина кидается наперерез магмобилю. Дар чудом успевает затормозить прямо перед ней, но нас мотает в салоне. Я ударяюсь коленями о столик впереди. Парень шипит, схватившись за плечо.

— Она, что, идиотка? — спрашивает он раздраженно, а женщина уже долбится к нам в окно с воплем:

— Каро!

— Хуже, — отвечаю я, внутренне смиряясь с неизбежным. — Она моя мать.

Не хочу ее видеть! Не хочу! Я бы сбежала отсюда, но я ее знаю. Это не сработает. Она кинется под колеса. Но не отпустит, пока я не дам ей высказаться. Хоть этого ничего и не изменит, поэтому открываю окно.

— Каро, доченька! Ты все же приехала? Да? – В ее глазах надежда. – Приехала, но не решилась зайти? Так ведь? Так?

— Ты знаешь, что нет, – отвечаю я, как можно спокойнее, хотя меня трясет.

— Но… почему… ты же тут? – она растеряна. Она всегда немного растеряна, словно не понимает причины моего поведения. Хотя… почему «словно»? Она действительно не понимает, и от этого только сильнее больно.

— Да, я тут. Но приезжала я не к тебе. Мне надо было убедиться, что он мертв, — выдохнув, говорю. И этот диалог, пожалуй, самый длинный за последние пять лет.

— Но... но я ведь тебе писала. Ты не получила мое письмо?

— Я получила твое письмо, но ты определенно не тот человек, которому я могу верить. У меня были причины сомневаться в твоих словах.

— Ты же знаешь, как мне больно от твоих слов! – На глазах матери слезы, и я думаю, как выгляжу со стороны Дара. Наверное, тварью. Мать многие жалеют, считают, что я слишком с ней жестока. Может быть, и так, но я не могу иначе. И не хочу, даже если я не права.

— Ты продала его квартиру? – не отвечаю на попытку давить на жалость. Мне нечего по этому поводу ей сказать. И совершенно неуместно сейчас сравнивать количество причиненной боли.

— Да-а… а не стоило?

— Мне все равно. Зачем ты оставила куклу на окне?

— Какую куклу? – В глазах матери удивление и немного страх. Она снова чувствует себя виноватой и снова не может понять в чем. Суетится в попытке понять, но это бесполезно. Она просто не может.