Невыносимый Дар

Я просыпаюсь, едва только рассветает, и все события минувших нескольких дней сваливаются на меня лавиной. Самоубийство Викса, который, оказывается, ни в чем не был виноват — оно на моей совести. Встреча с матерью, которую я подозреваю в том, что она поехала крышей и стала последовательницей маньяка. Кукла, которая раньше мне являлась только во снах, а за последние пару суток я видела два раза. Волнительная и стыдная ночь с Даром, когда я напилась и просила слишком много. Неприятный разговор с шэхом. Есть ли у меня хоть какая-то сфера жизни, в которой все нормально?

Я вообще не хочу выходить из комнаты.

Но надо. Пора возвращаться в колледж, но перед этим я должна поговорить с Лестартом.

Спускаюсь на первый этаж, вижу шэха, который в домашних широких штанах и растянутой майке колдует у плиты. Он достаточно высокий. Хотя чуть ниже Дара, но шире в кости. Сильный, уверенный, и я не понимаю, почему до сих пор один. Мне кажется, он выглядит гораздо моложе своих тридцати трех лет. У нас многие девчонки тайно в него влюблены.

Такие, правда, в клубе не задерживаются. Мы все для него дети. И для меня он «папа», «старший брат», «наставник», тот, кто однозначно может напороть задницу. Но объективно, со стороны я вижу — он привлекательный мужчина. К тому же порядочный и ответственный. Наверное, беда в том, что шальные мудаки всегда пользуются большим спросом.

— Я думал, ты снова сбежала творить глупости, — не поворачиваясь, говорит он. — В комнате тебя не было…

Вопрос не звучит, но я его слышу у себя в голове.

«Не помешалась ли ты, часом, спать в комнате парня, когда его там даже нет?»

— Кукла, — говорю я. — Вы видели куклу?

— Какая кукла? — Шэх хмурится, а я с ужасом замираю. Поворачиваюсь и подрываюсь к себе в комнату. Кровать по-прежнему заправлена, но куклы, действительно, на ней нет. Что за демонщина?

— Каро, все нормально?

Шэх с лопаточкой, который он помешивал яичницу на сковороде, догоняет меня у распахнутой двери.

— Нет.— Я качаю головой. — Не нормально.

Сбиваясь, рассказываю про куклу. Шэх внимательно слушает и потом осторожно уточняет:

— Каро, у тебя был сложный период. Ты устала и на взводе. Скажи, ты могла ошибиться?

Прикрываю глаза, понимая, что выгляжу идиоткой, у которой едет крыша. Но это не так. Я точно знаю, что я видела.

— Вы заправляли мою постель? — спрашиваю я тихо.

— Что? — Удивленно уточняет шэх. Не знаю, чего в его голосе больше — недоумения или возмущения.

— Я тоже не заправляла.