Наследница древней магии

Он был заряжен на то, чтобы взорваться, когда рядом окажутся люди, и выпустить смертоносную магию, что и случилось. Поэтому вы и увидели лишь осколки. Вы ведь не трогали их? – Я покачала головой. – Правильно сделали. Что же касается вашего предчувствия, которое заставило вас пойти туда, то в этом феномене тоже следует разобраться.

- Что же теперь будет? – совершенно растерялась я. – Девочки... Они ещё слишком малы...

- Так и есть, миз Лоренц. Пока они не подросли, Аланне и Кэйти необходим опекун.

- Значит, вы хотите, чтобы я осталась? – задала вопрос я. По правде говоря, в мою голову уже начали забредать мысли о том, чтобы написать господину Ветцелю. Наверняка он смог бы подыскать для меня другое место.

- Да, - кивнул собеседник. – Кажется, вы с моими племянницами нашли общий язык. Только не нагружайте их учёбой в первые дни после… – помрачнел он. – Им нужно время прийти в себя и принять то, что случилось.

- А кто станет их опекуном?

- Пока по закону возможных претендентов двое – самые близкие родственники из оставшихся в живых. Это я и Мередит… леди Глау. В любом случае, мне бы не хотелось – пока, во всяком случае – увозить девочек из поместья, чтобы им не пришлось резко сменять обстановку.

- Вы правы, - согласилась я.

- Ещё кое-что, миз Лоренц, - произнёс лорд Винтергарден, и его тон мне очень не понравился. Я насторожилась.

- Почему? Ведь со мной… всё обошлось. Я не трогала эти осколки, правда!

- Верю, но вы были там в первые минуты после взрыва. А, когда он случился, коснулись двери, едва не вошли в неё. Ведь так?

- Да, - ответила я, кусая губы. – Но я уже почти хорошо себя чувствую. Чем я рискую сейчас?

- Таково действие разрыв-камня. Это очень опасная магия, которая, даже спустя некоторое время может повредить человеку, который окажется рядом.

От его слов я содрогнулась. Они звучали так страшно, угрожающе. А мне-то казалось, что всё позади…

- Те, кто убивает с помощью разрыв-камня, никогда не находятся рядом с ним, когда тот действует. До взрыва он безопасен, если обращаться с ним с должной аккуратностью, - продолжал рассказывать Доминик Винтергарден.