Царевны. Непокорная дева

В зверином же обличье огромного бурого медведя он вообще казался ей непобедимым и грозным. Она до сих пор помнила, как при нападении драконов он бесстрашно набросился на того крылатого ящера, который едва не убил ее. Вдобавок ко всем внешним привлекательным чертам Цветане импонировал нрав Лютобора, парень-северах был добр, молчалив, горд и приветлив.

— Сделал то, что всякий бы на моем месте, царевна, — ответил он, пожав плечами, окидывая заинтересованным взором необычные волосы девушки сиреневого оттенка, распущенные по плечам густыми прядями.

Лютобор прекрасно знал, что при творении любой магии волшебники высвобождали свои длинные волосы, ведь они служили проводниками магической энергии. И до этого он видел Цветану только с косами. Сегодня же она ему предстала перед ним настоящей волшебницей, со своими горящими голубыми очами, когда творила магию, и тонкими ручками, которые перемещали по воздуху вересковую траву, саму вплетающуюся в полотно. Раньше он никогда не видел волшебства, ибо им обладали на Цетуриане только атурии и единичные особи из разных рас.

— Не любой. Кто бы так неутомимо переносил меня на своей спине столько часов подряд по этим многочисленным холмам. Это тяжело.

— В обличье медведя не тяжело, — буркнул он. — Я делал это ради жителей и планеты, чтобы остановить огонь, если бы это был только приказ драконов, я бы и пальцем не пошевелил.

Цветана печально улыбнулась ему.

— Они теперь властители здесь, нам надо смириться с этим.

— И это меня бесит невероятно! — вдруг вспылил Лютобор, сверкая на девушку зелеными непокорными очами. — Если бы вы знали, царевна, как я хочу разделаться со всеми ними! Чтобы эти злодеи навсегда сгинули с нашей Цетурианы!

— И я, Лютобор, и я тоже, — закивала она порывисто. — И, пожалуйста, зови меня по имени, будем друзьями отныне.

— Как скажете, царевна.

— Цветана.

— Цветана, — кивнул он и улыбнулся.

Впервые девушка увидела его улыбку и смутилась, ведь она очень украсила лицо севераха, и без того довольно красивое.

— Я хотела еще раз поблагодарить тебя. За то, что спас меня тогда, в тот жуткий день.

— Зачем ты опять вспоминаешь про это, Цветана? Не стоит ворошить прошлое.

— Почему? Я восхищаюсь твоей храбростью, Лютобор.

— И вовсе я не храбрец. Мою семью растерзали драконы, а я даже младшую сестрицу не смог уберечь от плена, когда над ней надругался этот демон. Никогда этого не забуду.