За горизонтом

Он смотрел на неё налитыми кровью глазами, и его лицо не выражало ничего, кроме вселенской усталости. Но взгляд… В них отражалась привычная отцу суровость и принципиальность по отношению к дочери.

- За… Зачем ты здесь? - хрипло спросил он.

Минуту назад Рита была полна решимости рассказать отцу о заговоре, но сейчас эта идея казалась ей неуместной. Он был едва жив и такая новость могла бы просто подорвать и без того слабое здоровье. Опоры, сдерживающие болезнь, рухнут окончательно, и Эбенизер умрет у неё на глазах, ни сказав ни слова.

- Я слышала, как слуги шептались о твоём самочувствии, - виновато ответила она. - И пришла в этом убедиться.

Эбенизер закрыл глаза. Казалось, что он уснул, но через минуту он снова смотрел на дочь все с тем же же суровым блеском в глазах.

- Уходи, - прошептал он.

Рита почувствовала, как её сердце неприятно дрогнуло. Вот так. Ни слов поддержки, ни удивления, ни каких либо проявлений чувств. Лишь холодное “уходи”, и ничего более. С тем же успехом он мог накричать на неё или нагрубить ей, но вместо этого решил отмахнуться от неё, что было для него привычным делом.

В этот раз Рита не стала сдерживать слезы, но отвернулась, чтобы не показывать отцу свою слабость.

И правда: черт с ними: с отцом, с Эйнирой, с Риусом и всем этим заговором. Всем на неё плевать, все лишь ждут возможности избавиться от неё навсегда, как от ненужной мебели. Настало время думать только о себе, раз никто не хотел считаться с ней даже в такой непростой ситуации.

Ей хотелось уйти, и на последок сказать что-нибудь гадкое, чтобы отец понял как ей было больно, но решила, что оно того не стоит. Только она шагнула к двери, как вдруг услышала позади себя тихий повторяющийся монотонный стук. Рита обернулась и увидела, как Эбенизер легонько бил ладонью по одеялу и вопросительно смотрел на неё; после он с усилием поднял руку и показал пальцем на стол, что стоял посреди комнаты.

Слишком изумленная, чтобы задавать вопросы, Рита внимательно осмотрела стол и не увидела на нём ничего особенного, кроме старой вазы с цветами.

- Я не… - спросила Рита, но отец продолжал настойчиво показывать на стол; по его лицу начали струиться бусинки пота.

Чего же он хотел? Рита почувствовала себя дурочкой: если отец решил над ней пошутить, время он выбрал неподходящее.