Душа звездного дракона

Ходили слухи, что если кто-то из девушек подарит жизнь сильному дракону-полукровке, то ее ждет не столь плохое существование. Мол, лучше, чем провести жизнь в водах реки Саграуд без права покинуть земли касты.

В конце концов, моя ненависть к пришельцам связана и с гибелью семьи. Другим же они и впрямь могут показаться небожителями, детьми Солнца, как называли их некоторые пророки. Я торопливо сжала в пальцах кулон матери, висящий на груди, и поглубже спрятала под верхний слой сатти, прикрывающего грудь.

– Это он! Правитель! – оглушили внезапные крики.

Я задрала голову и увидела огромного дракона – наверное, величайшего из всех существующих. Видеть его так близко раньше не удавалось, только издали. Дракон пролетел над нами, будто даже заметил с высоты, сделал небольшую петлю и спикировал во дворец, скрывшись за высокими стенами.

В городах людей драконам нет простора, вот и приходится принимать человеческий вид. Правда, это не лишает их особой силы: даже обращенный в человека дракон остается драконом.

Снова вверх по горе. Долгий подъем в гору дался непросто, но драконы не давали передохнуть. Вперёд, быстрее, шагай!.. Зато за это изматывающее время я смогла хоть немного вытеснить из сердца боль за дочь и просто шла вперёд.

Вскоре нас, измотанных, подвели к самому дворцу. Верно, самые пугающие слухи сбывались. Нехорошо забилось в горле сердце и пересохли губы.

Два дракона прошли вдоль нашего ряда, внимательно изучая каждую, вгоняя в трепет взглядами и укрепили мои подозрения. Холодная дрожь пробежала от мысли, что и впрямь придётся стать наложницей одного из этих звездных пришельцев.

Кому-то, может, это не страшно, – я оглянулась на Ками. Но меня до липкого ужаса пугает их присутствие, глаза, тот огонь, который однажды едва не погубил. В котором сгорели мои родители. Это то, с чем я просто не могу справиться.

В человеческом обличье драконы были разные: высокие, среднего роста, крепкие и похудее, по большей части привлекательные внешне, сильные, похожие на наших мужчин, – но их отличал неуловимо иной, нечеловеческий взгляд. Именно он заставлял держаться подальше.

Однако теперь подальше не получалось.