Невеста проклятого горца

Распахнула ставни, впуская свежий воздух, и тут же захлопнула их, пока порыв ледяного ветра не выстудил комнату. Ночью выпал снег, укрыл землю тонким белым покрывалом и не спешил таять. Холодно было на улице и на душе.

В Аллоа уже тепло, хотя матушка и на такую погоду умудрялась жаловаться. Семья собирается за столом, чтобы вместе позавтракать яичницей с беконом или грибами, пудингом и непременным чаем. Здесь Давину ждала разве что овсянка. Едва они въехали в горную часть Шотландии, как ничего, кроме этой каши, им не предлагали на завтрак.

Если так и дальше пойдет, то она превратится в лошадь, которая только и может, что работать и молчать. Идеальная жена.

Давина тяжело вздохнула. Чем ближе были земли ее будущего мужа, тем сильнее она беспокоилась. Возможно, зря изводила себя, но многочисленные тайны, некая недосказанность не давали ей покоя.

– Уже проснулась? – задала тетка очевидный вопрос. – Хорошо. Чем быстрее соберемся, тем быстрее тронемся в путь. Без меня не будет порядка, хоть и вовсе не оставляй дом без присмотра.

Пейсли свято верила, что только ей под силу управлять поместьем. Порой увлекалась настолько, что начинала приказывать не только слугам, но и супругу. Но до конфликтов, видимо, не доходило.

– Ты не останешься со мной? – внезапно со всей очевидностью осознала Давина.

– Я сейчас с тобой. Довезу до дома будущего мужа, передам из рук в руки. Буду навещать тебя, и ты не забывай обо мне.

Она словно заранее прощалась. Винить ее не стоило.

Не могла замужняя женщина бросить собственную семью ради того, чтобы постоянно помогать племяннице. Давина давно выросла из того возраста, когда ей требовалась няня, но от поддержки, от дружеского совета не отказалась бы. Гордость не позволила ей просить о большем, да и тетка высказалась вполне определенно.

Наскоро умывшись, обе женщины снова облачились в дорожные платья, позавтракали овсянной кашей и вышли на улицу. Порыв холодного ветра едва не сбил с ног. Швырнул мелкие колючие, словно крошечные иглы, снежинки в лицо.

Норовил забраться под юбку, играл с длинными распущенными волосами.

Давина поспешила спрятаться от него в карете. Осторожно, чтобы не задеть небольшую печь, села на скамью, вытянула ноги. Тетка неодобрительно покачала головой, но не сделала племяннице ни одного замечания. Стукнула в стену, давая знак вознице, прикрыла глаза.

Пейсли странным образом умудрялась использовать каждую минуту для сна.