Невеста проклятого горца

Давине не осталось ничего другого, кроме как подчиниться. Все было решено за нее.

Тысячи мыслей роились в ее голове, пока Давина отбирала чулки и сорочки, юбки и платья. Много вещей взять нельзя: дорога, по словам родителей, не близкая, – но и выглядеть нищенкой не хотелось.

Она до конца не понимала, что из вещей следует взять, как не представляла, насколько далеко было это “далеко”, о котором упомянула мать.

Где будет ее новый дом: здесь, на равнине, в горах или на побережье? К какому клану принадлежит семья ее будущего мужа? Как встретят ее? Что ждет ее впереди – любовь, о которой она грезила ночами, или самое большое разочарование?

_______

[1] “Песнь песней”, гл.

4, стих. 11, 16.

Глава 2

Равнина осталась далеко позади, а вместе с ней и дорогой сердцу Аллоа, в котором родилась и выросла Давина, и большое шумное семейство, по которому она начала скучать, и проторенная дорога. Карета все чаще подскакивала на ухабах, что не способствовало улучшению настроения. И все же это был отдельный экипаж, нанятый и оплаченный лордом Маккаллумом с широкими мягкими сидениями, а не обычная повозка.

Обе женщины, что сидели внутри, стоически переносили тяготы пути. Не жаловались на судьбу, но и разговоров почти не вели.

Леди Пейсли умудрилась даже задремать. Что говорить? После замужества она более двадцати лет прожила в этих краях и успела привыкнуть к ним, быть может, даже полюбить. Давина, отчасти даже завидовала ей. Она сама беспокойно спала на постоялых дворах, где обе женщины уже четырежды были вынуждены остановиться.

Не могла выспаться и в дороге. Никогда ранее дочь лорда Керра не выбиралась дальше Аллоа: не было ни средств, ни необходимости. Исключением стала только поездка в соседний Данблейн на свадьбу одной из сестер.

Сначала ее увлекло само путешествие. Она с интересом наблюдала, как равнины сменялись холмами, как впереди показались первые отроги Северо-Шотландского нагорья, а после и сами горы. Тогда-то Давина впервые ощутила разницу между ними и долиной, в которой выросла.

Здесь кое-где еще лежал снег, несмотря на то, что уже наступила весна. Вершины гор Тарбет и Аррокар блестели на солнце. Их снежные шапки, по словам леди Пейсли, никогда не таяли.

Дорога стала уже, круче. Все больше поднималась вверх, петляла. Возница правил осторожно и экипаж двигался заметно медленнее. Вместо трех миль в час они теперь преодолевали в лучшем случае две да и то лишь тогда, когда не поднимался ветер.