Если сердце любит

Разновидность стихийных чар. Обычно подобное формируется между матерью и ребёнком в первые годы его жизни. Приблизительно к семи годам волшебство рассеивается. Но в случае с Джеймсом Крейном появились две магические нити, абсолютно идентичные друг другу.

Я растерялась, не до конца понимая, к чему он клонит.

— Хотите сказать, вторая связывает его со мной?

— Сейчас мы это проверим.

Целитель толкнул дверь и отошёл в сторону, предлагая мне войти первой.

У койки стоял Генри. Мрачный и молчаливый, будто разом постаревший лет на десять.

Рыжие волосы выглядели тусклыми, а кожа — бледной. Встретившись с ним взглядом, я вздрогнула. Всегда тёплые карие глаза сейчас казались непривычно колючими. Мне нравилось, что Джейми был похож на него. Вместо холодной красоты Шарлин мальчик взял обаяние и солнечную улыбку Крейна. Но замерший каменным изваянием мужчина в чёрном меньше всего напоминал того волшебника, которого я привыкла видеть рядом с сестрой.

— Здравствуй, Генри, — прервал тишину Фабиан.

— Мы совсем недавно получили твоё письмо и несколько удивлены приглашением.

— Фаб, давай опустим это. — Я оглядела палату, игнорируя и зятя, и брата, и повисшее в воздухе напряжение. — Сейчас меня интересует только одно. Где Джеймс?

Комната была пуста. Спрятаться здесь негде — из мебели только кровать на высоких ножках, маленькая тумбочка рядом и узкий платяной шкаф. Ещё я увидела дверь. Скорее всего, она вела в ванную комнату. Захотелось немедленно заглянуть туда.

Мимо прошёл целитель, приглашающе махнув ладонью.

— Пройдёмте. Он в душевой.

— Я всё ещё против, — вдруг подал голос Крейн.

Уже двинувшись за Менэ, я резко остановилась, удивлённо уставившись на Генри. Он смотрел на лекаря, словно ни меня, ни Фаба в комнате не было. Удержать себя в руках оказалось невероятно сложно, и я вспылила.

— Невероятно! Откуда столько недоверия, Генри? Это не я напустила то проклятье!

— Колдун охотился именно за тобой.

— С чего ты это взял?!

— Он похитил только тебя. Мои жена и сын оказались не в то время, не в том месте. Они лишь случайные жертвы.

— Жена и сын... — Я хватала ртом воздух, на секунду потеряв способность говорить. В три шага оказавшись напротив, ткнула указательным пальцем ему в грудь и прошипела: — Шарлин — моя родная сестра! Джеймс — мой племянник. У них помимо тебя есть родные, которые места не находят из-за случившегося. Не один ты их любишь.