Вызов Кодексу

Я прошёлся по гостиной из угла в угол, налил себе полстакана виски без льда, содовой и прочей ерунды и спросил, чтобы обозначить свое появление:

- Слушай, ангелочек, а почему твой жених не спас тебя от ссылки?

Мой голос буквально сочился ядом сарказма и насмешки. Салиндра, не отрываясь от чтения и не глядя в мою сторону ответтла холодно и равнодушно:

- Это не в его власти. Я нарушила кодекс, а решение трибунала не оспаривают.

- А я -то уже подумал, он просто ревнует.

- Ангелы не ревнуют. - Озвучила она очевидное.

- У вас что-нибудь было?- Не унимался я. Салиндра явно смутилась, её выдавал румянец, но не удостоила меня ответом, решив не давать повода насмехаться над собой. Всем известно, что ангелы поголовно тысячелетние девственники и вне брака не позволяют себе никаких интрижек ни между собой, ни со смертными, ни тем более с демонами. Это вообще такое вопиющее нарушение, что можно и крылышек лишиться. Я допил виски и налив себе ещё, спросил снова:

- Слушай, Салиндра, а ты своего жениха голым видела?

- Конечно, нет.

- А мужчину? - Я остановился напротив неё во всей красе мускулистого загорелого тела с парочкой шрамов и татуировок, едва прикрытого узким отельным полотенцем.

Салиндра глянула в мою сторону, задыхаясь от возмущения и явно желая высказать всё, что думает, но мой вид и нахальная ухмылка смутили её ещё больше чем вопрос. На краткий миг её взгляд задержался на мне. Могу ошибаться, но казалось, напарнице нравилось то, что она видит.

- Оденься.

Я иронично рассмеялся, сбросил полотенце на пол к её ногам, прошёл к окну и закурил, бросив через плечо:

- Можешь смотреть, я не стеснительный.

- Не собираюсь. Оденься, пожалуйста.

- Не могу. Мой костюм пришлось выстирать.

Все еще пряча взгляд, Салиндра взяла со спинки кресла гостиничный халат и бросила мне.

Салиндра отложила книгу, повернулась ко мне спиной и спешно ретировалась в ванную, но даже даже спиной она чувствовала мой насмешливый взгляд. Закрыв дверь, она подпёрла её спиной и для верности привязала ручку двери к полотенцесушителю. Фи, как грубо. Я, конечно, обожаю ее дразнить, но уж брать силой не у моих привычках. Я достаточно себя уважаю.