Падший мир. Том I. Врата в Царство Эссенции

Неужели чёрный дух действительно не ощущал боли, хохоча как шут? То, что показывал этот мир, — сплошной обман? Или же его душа была наполнена лишь фальшью и дешёвым фарсом? Быть может, когда-то он испытывал боль?

Когда чёрный дух посмотрел на меня, улыбка внезапно стёрлась с его лица. Господин Дарк замолчал. Быть может, он разглядел, с каким сожалением я смотрела на его раны. И они тут же исчезли, как и пятна крови.

— Пусть, нельзя смотреть в окна, но, если бы Вы этого не сделали, найти Вас было б гораздо сложнее, мисс.

Снова меня озаряла его прежняя безобидная улыбка. Но по-прежнему сковывал прежний лик безумца.

— Как такое возможно, господин Дарк? Удастся ли хоть раз мне услышать непосредственно от Вас какие-то сведения об этом мире? Раскроете ли Вы хоть какие-то тайны, пока они не развеяться передо мной пеплом?

Кровь устилала мне путь к Справедливости. Но стираясь сейчас на его одеждах, являясь лишь призрачным миражом, была ли так незначительна, как и жизни людей, которых я терзала?

Занавесив окно, господин Дарк присел на табурет.

— Все души в этом мире обладают энергетикой, светлой, тёмной, но границы между ними Вы не найдёте никогда. Стёкла служат усилительным прибором для подобной энергии. Но они не увеличивают Вашу силу, а, скорее, служат распространителями местонахождения души на большие расстояния, развевая попусту энергетику и предоставляя тёмным сущностям найти источник этой силы. Я нашёл Вас именно так.

Его рассказы погружали в атмосферу ужаса. Раз он ощущал эту энергию, стало быть, он действительно являлся злым духом? Но это вовсе не означало, что нас связывала одна личность.

— Откуда доносился скрип, господин Дарк? Это ведь явились Вы? Или же иной дух?

По его уже успевшей мне осточертеть физиономии снова пробежала ядовитая ухмылка. Чёрный дух, наклонившись, опустил кисть и провёл ладонью по моему лицу, вновь произнеся шёпотом.

— Насколько силён Ваш страх перед неизвестностью, мисс? Мне помнится, Вы были готовы даже к смерти и не дрожали так перед её ликом.

Встав с табурета, после он сделал медленные шаги к коридору. Я последовала за ним, как трусливая мышь. Порой его душа пугала больше, нежели иные духи и чудовища, что только могли существовать. Ведь нет ничего страшнее безумия, поселившегося в голове у любого существа, будь что духа, что человека.

Внезапно его шаг замедлился, чёрный силуэт словно слился с тенью на краю коридора.