Падший мир. Том I. Врата в Царство Эссенции

— Вы не посмеете молчать!

Остриё коснулось его бледной кожи и нанесло порез. По шее стекла капля мрачной алой крови. Чёрный дух забылся в размышлениях, в том городе, полном мрачных замков и грозовых туч. В чёрных глазах селилась тоска.

Он вцепился в мои запястья. Осколок разбился о землю на мелкие частицы. Забывшись в горе утерянных грёз, господин Дарк заломал мне руки и прижался к спине. Его дыхание щекотало мне шею, когда как я осознала, что нанесла ему более глубокую рану ещё до этого.

— Я виновна в том, что Вы не там, где хотели бы быть.

Упираясь в моё тело, он лишился возможности восхищаться теми землями, стоять на них и чувствовать то, что иные души назвали бы "родиной". Столько сотен лет господин Дарк желал вернуться туда, и он покинул единственное место, способное в его чёрной душе пробудиться лучу света. Затяжное молчание затмевало любые крики из глубин отчаяния. Ему было сложно вновь потерять тот город в неведомых просторах мира.

— Вы не должны винить себя, мисс. — Чёрный дух тяжело вздохнул. И меня словно окутывал холод его сущности. — Я сам приказал Вам. Здешний мир обманчив и неконтролируем физическими законами. Нельзя отличить, что является существенным, а что — иллюзией... Практически невозможно подчинить всю ту власть, что дарована каждому при рождении.

Ветер поднял пыль с дорог.

— И даже я имею эту власть, господин Дарк?

Он отпустил мои руки, оставляя пятна чёрного пепла.

— Каждая душа имеет внутреннюю энергию — огромный запас жизненной силы, которую возможно обратить в оружие, защищаться от собственных иллюзий в своём же подсознании.

Все эти ответы соприкасались с одним вопросом "Чей же был этот мир, окружавший нас?" Кто, облачив голову в корону, посмел всё это обратить в прах былых надежд?

— Значит, весь мир — это подсознание некоего человека? — С улиц доносилось шуршание листьев мертвых деревьев. Их чёрные стволы отражали лишь смерть и погибель. — Это обитель разума, что хранит в себе все страхи и желания хозяина, ведь так?

— И в нём собраны все его иные воплощения, психические механизмы, принимающие облик людей и ставшие самому создателю врагами.

И время навеки замерло в моих глазах, которые погружались в ужас осознания необъятности человеческого разума.

— Безумие...

Пространство наполнялось тенями, что с каждым новым шагом увеличивали свой размер. Сооружения сдавливали непосильной ношей. Преследуя, нечто всегда подстерегало нас.