Зеркальный принц

Был с ними и рябой здоровяк. Все сердечно друг с другом попрощались.

Юноша вернулся на постоялый двор. Там отыскал Сантала и рассчитался с ним, рассказав придуманную кривду о встреченных земляках. Затем забрал свой дорожный мешок и свитки, завёрнутые в платок. Больше у него ничего не имелось.

Прошёл по улице, высматривая удобное место для навешивания на себя покрова невидимости. Но впереди и позади находилось немало людей. Пришлось пройти пару улиц.

Наконец впереди справа находился перекрёсток с более узкой улочкой.

Решил свернуть туда, но ещё прежде в неё направился шедший перед юношей шагах в двадцати худой мужчина, погружённый в глубокие размышления. Он был помехой, но Азван последовал за ним. Улочка оказалась практически пустой, если не считать ушедшего вперёд человека. Юноша быстро смекнул: тот назад не оборачивался, его не видел, никого нет и сзади. Прочитал заклинание, затем сразу и второе – стал невидимым и поднялся в воздух. Всё, он свободен и может отправляться в путь!..

Устремился высоко вверх, там остановился и оглядел весь Занзизар, прощаясь с ним.

Вылетел за пределы города. Приземлился в низине между холмами. Развязал платок со свитками, уложил на землю, расправил края ткани. Оглядел их. Вчувствовался в исходящую эманацию. В памяти сам собой возник образ старца, который посетил его во сне. Словно наяву увидел благообразное лицо, долгую белую бороду, острый колпак на голове и мантию со множеством звёзд. Вспомнил его просьбу – вернуть то, что он взял.

Тогда он спросил старца:

- Как вернуть?

Ответ последовал ясный:

- В пламени огня.

Азван произнёс благодарственную молитву за все те знания, которые он получил из «Книги мёртвых» и свитков. Он помнил каждое слово, прочитанное в них. Письмена врезались в его память, как в твердость алмаза. Навсегда. Попрощался с ними и протянул руку в сторону груды свитков – с пальцев сошли язычки огня и рукописи сразу же загорелись. Пламя было небольшим, но очень жарким. От него до юноши доходила магическая эманация, и тот словно омывался ею, чувствуя прилив сил.

Платок же при этом не горел, не поддавался огню, пока от свитков не остался один пепел. Только затем по ткани пошли огненные змейки, которые пожрали весь платок до последней ниточки.

Налетел ветерок, разметал пепел по сторонам и на его месте солнечно блеснул кружок. Азван нагнулся и поднял золотую монету. Ту самую, которую он отдал за эти свитки. Вспомнил, что старец во сне вернул ему её.