Зеркальный принц

«Прощай, судья и все занзибарцы, я покидаю вас!..» - с усмешкой подумал юноша, готовый действовать, но слова заклинания остановил купец, бросившийся к нему с криком:

- Простите, господин! Неведение ослепило нас! Воровства не было! Свидетельствую перед всеми: этот кошель оказался в ваших руках по воле всевышнего! Вас незаслуженно оклеветали! – после этих слов Бажанг повинно склонил голову перед Азваном. - Это наше с вами дело, не чужое! Никому больше до него дела нет!

Глядя на это, судья быстро уяснил себе главное: связанный северянин ни в чём не виноват, это признал самый уважаемый и богатый купец города.

Потому повелительно повелел стражникам:

- Освободите его! Немедленно! Что стоите? Быстрее!

Но раньше стражников у юноши оказался рябой здоровяк, который до того растерянно моргал, слушая своего хозяина, и принялся развязывать верёвки, восклицая:

- Простите великодушно мою вину перед вами, господин! Я виноват! Я ничего не знал!

Азван выглядел совершенно растерянным, не понимая происходящего. Но тут углядел среди прочих людей человека, с которым только что разговаривал купец и узнал его – то был вор Явхак из Сахришабса, который был в одном караване с купцом, когда они угодили в плен к разбойникам.

Как-то само собой юноша проник в мысли вора и понял, что тот узнал в нём того неизвестного, который спас их от разбойников, поскидывав их с коней, а затем защитил в оазисе от громадного скорпиона. Сначала он узнал треугольные застёжки на плаще принца, а затем его сапоги. После этого сообщил купцу, кто это и каким образом кошель попал к нему.

Попутно Азван переправил к себе толику из памяти Явхака о пребывании того во дворце колдуна. Решив позже ознакомиться с его впечатлениями. В данное время ему не до этого.

Бажанг принялся зазывать северянина к себе в гости, делал это столь настойчиво, что юноша не смог отказаться. Пришлось идти, только он наотрез оказался от кошеля, и тот пришлось забрать купцу. А вот мешок с покупками юноша взял сам, ибо он был слишком тяжёлым для обычного человека.

Понёс его, не заметив крайнего удивления того стражника, который доставил этот мешок в суд и хорошо прочувствовал его вес, а рослый северянин без особого напряжения легко поднял его одной рукой, словно пушинку.

Купец услал вперёд своего рябого слугу, и когда они пришли в дом Бажанга, то там уже был накрыт низкий стол с обилием яств и напитков. За него сели на ковры, скрестив ноги. Азван не был голоден, но с удовольствием немного поел, поощряемый гостеприимным хозяином.