Магия лунного камня

Ещё двое показались на пороге лавки, и это окончательно убедило управляющего, что посетители не путники и даже не люди. Их бледная кожа не самый яркий показатель. Речь совершенно другая. Однако вампиры замка Окта не станут вести себя бесцеремонно. Эти явно пришли из северной части Эгле – замка Бладпорт. И Хан был всем известен, как коварный и беспощадный правитель Бладпорта. Вилл врал, когда отрицал, что не знает Хана. Его знали все. В замок Бладпорт девицы, как раз, не бегали. Потому что над ними там будут издеваться.

– Обыщите лавку! – приказал Биннат, сверкнув белым клыком.

– Да как вы смеете? Что вам нужно? – возмутился Вилл, попытался встать, но Биннат с силой толкнул толстяка обратно в кресло. Справиться с вампирами Вилл не сможет, поэтому беспомощно наблюдал за тем, как его лавку превращают в бесполезный хлам. – Что же я вам сделал? – шёпотом спросил он.

Биннат обладал уникальным слухом и услышал вопрос.

– У тебя вещица, которая нам нужна.

– У меня ничего нет.

– Есть. Или скажешь, к тебе не заходил на днях один их обитателей замка Окта?

Биннат был прав, заходил.

– Какое это имеет отношение ко мне и моему магазину?

– Прямое. Он здесь кое-что оставил.

– Ни…

Слово Вилла оборвалось выкриком Скилса.

– Нашёл!

«Неужели тот вампир действительно оставил какую-то вещь в моей лавке? Но зачем?» – обеспокоенно думал Вилл.

Биннат изучил камень, который передал ему Скилс. Остальные двое вампиров также стояли рядом.

– Наконец-то, – проговорил Биннат, не сдерживая довольной улыбки. – Надо же быть такими глупцами! Теперь камень наш, будущее наше. Уходим!

Вилл вздохнул с облегчением, когда вампиры исчезли из лавки. Беспорядок не беда. Главное, что сам цел остался.

– Фух, – смахивая пот со лба, выдохнул Вилл, затем занялся уборкой.

Но на этом ничего не закончилось. Вампиры вернулись. Количество их увеличилось, и на этот раз никаких улыбок. Биннат был в гневе.

– Это подделка! Где настоящий камень? – кричал он.

– Не знаю, я ничего не знаю, – скулил Вилл.

В лавку вошла девушка, и Биннат обернулся. Глаза сверкнули гранатовым блеском.

– Папа? – закричала она в испуге, увидев отца, прижатого к стене.

Скилс тут же схватил девчонку и прижал к себе.

– Дочка, значит? – довольно сказал Биннат, обращаясь к Виллу.

Ойли была неродной его дочкой, но единственной. Он любил её больше всего на свете и берёг, как драгоценный камень.