Сказки Золотого Кота. Берендеевские истории

Только клешни были размером не менее чем в сажень.

– Смотрите, это охрана. Клац и Клоц. Но нас не тронут.

Он подошёл ближе.

– Странно, – он пихнул сапогом клешню одного и дернул за усик другого, – сдохли, что ли? Нет. В стазисе...Странно...

Он шагнул к створкам и приложил ладонь к крупной, в кулак размером, жемчужине в центре. Створки начали расходится.

– Похоже что что случилось, пойдем глянем.

Музыка здесь слышалась явственней. Приятный женский голос под аккомпанемент струн звучал очень нежно и немного грустно.

Пусть жизнь проходит так беспечно

У вас, не ведавших суровости морей,

Но каждый миг растягивался в вечность

Для нас, живущих в ожиданье кораблей...

Они шли по широкому светлому высокому коридору, стены которого были отделаны переливающимся перламутром. Им попадались по дороге замершие фируры морских дев, русалок и прочих морских жителей стоявших, замерших в шаге, висящих в воде, но не тонущих и не всплывающих. Словно они мгновенно стали персонажами картины, замершими в тех позах, в которых их запечатлел художник.

Сердца, что замирали в непогоду,

Немели, в небесах узрев тревожный знак,

Вновь оживали, забывая все невзгоды,

Вдали увидев мачты и знакомый флаг...

Выйдя в огромную залу, украшенную так, что в глазах рябило от золота и самоцветов на стенах, они увидели похожую картину. И тут и там в разных позах замерли подводные придворные. В центре на богатом резном троне восседал сам царь Морей.

Здоровенный мужчина в золотой короне, в золотом чешуйчатом одеянии, облегавшем его мускулистую фигуру как перчатка, с вытянутой вперёд правой рукой. На каждом пальце сверкали перстни, на запястье золотые браслеты.В мужчине стоявшем по левую руку от царя, в такой позе, как будто хотел что-то сказать, все узнали Деяна Жменю.

И сердце холодело, словно неживое,

Когда, спускаясь к неизменности земли,

Под крики радости и злые слёзы горя,

Команды молча покидали корабли.

..[3]

– Так, одного, кажется, нашли. Деян! – позвал Кощей, трогая мужчину за локоть, – тоже в стазисе...

– Там живой кто-то... – подал голос Волк. И правда, с другой стороны на ступеньке тронного пьедестала сидел мужик в добротной походной одежде, в блестящей кольчуге поверх нее, с непокрытой головой и, закрыв уши руками, мерно раскачивался в такт песне...

– Да я, пожалуй, знаю, кто это... – Кощей быстро подошёл и тряхнул парня за плечо.