Спящий вулкан

– Я достаточно взрослый, чтобы решать как поступать.

– Ты часть племени, так что веди себя как все прочие! – даймин Ирсай был как всегда холоден.

– Вести, как ты? – мирза с издёвкой усмехнулся. – Уж у кого-кого, а учиться флирту и всему прочему я у тебя не намерен. Как давно ты приближался к женщине, а? Просто приближался. Не касался, не брал за руку, а именно приближался?

– Наш разговор не о том, – пресёк смену прежней темы разговора мужчина.

– Не надо мне завидовать, Ирсай. Я молод, и потому волен делать то, что ты делал в своё время, – зашипел юный гармониец.

– Но ты был глупым мальчиком, который не поумнел до сих пор. Я не такой.

– Я прошу хотя бы не торопиться. Мифу не понравится, если ты опозоришь одну из его юных дарований, – в голос даймина вмешался лавр, и тон стал теплее, что меня приятно удивило. Мирза вдруг затянул с нападками. – Да, она умней, чем кажется. Не боишься, что не сможешь быть ей равным в один прекрасный день?

– Не тебе открывать рот, – мне показалось, что Алмаз зашипел.

– Держись от меня подальше. И от Азерин тоже.

Разговор оборвался. Звук шагов свидетельствовал, что мирза покидал учебную аудиторию. На повороте он наткнулся на меня и, не замешкавшись ни на миг, взял меня за руку и повёл за собой. Я не сопротивлялась, забыв надолго, что хотела при Алмазе спросить даймина о возможности прийти на дополнительное занятие. Подобное бы разделило возможные эмоции гармонийца минимум на двоих – меня и даймина. Из-за подслушанного ненароком разговора я совсем забыла о плане, а после уход мирзы и вовсе не дал мне договориться о занятиях.

Шли мы молча. Я ощущала, как Алмаз кипит от негодования, но при этом он не стискивал мою руку так, чтобы на ней могли появиться синяки. Мне было известно, что мирза и даймин испытывают друг к другу что-то вроде неприязни, но причину её возникновения я выяснять не хотела. То были личные отношения между соплеменниками, и вмешиваться в них означало нарушить этикет, которому меня обучали.

Во-первых, я не была гаром. Во-вторых, быть женщиной в данном случае не играло в мою пользу. Мужчины должны разбираться между собой сами, а вмешиваться мне разрешено лишь в случае, когда на кону поставлены непосредственно моя честь и жизнь. И то – лучше только с помощью третьей стороны, если дело примет слишком крутой оборот. Я не вписывалась в позицию, потому просто наблюдала со стороны. Однако же ничего не мешало мне пристыдить мирзу.