Спящий вулкан

– Итак, объясни почему быть мирзой – это не привилегия, но потеря этого ранга возможна, и почему она болезненна для потерявшего, – услышала я голос мужчины и принялась записывать задачу. – Задание понятно?

– Да, я приступаю, – кивнула я скорее строке на шёлке, чем даймину.

Не скажу, что тема вопроса меня озадачила. Она была очень сложна, например, для тех, кто не прогуливал лекции того же даймина Ирсая, но не тех, кто иногда показывался в лагере. Те бы смогли хотя бы предположить что и как, но не ответить точно.

Итак, мирза – особый титул. Ты можешь родиться замарашкой, в какой-нибудь луже, без возможности поесть и поспать, но в один момент, сделав что-то особенное, то, что поможет Племени, тебя назовут мирзой. И тебе придётся им стать. Это не то, от чего отказываются. Не имеет значения кто ты – мужчина или женщина, ты можешь стать мирзой. Но сможешь ли ты оставаться мирзой, быть полезным для племени? Сильным, смелым и дерзким. Быть сильной частью целого общества, своего племени.

Даймины о чём-то сначала тихо переговаривались, потом взяли на тон выше, перейдя к обсуждению лекций. Я слушала их через раз, а потом в вовсе ушла в задание. Мне ещё немало нужно было написать и сформировать чётко и кратко.

– Вы закончили, госпожа? – оклик Ирсая гар Корс стремительно вывел меня из задумчивости. Я чуть было не поставила кляксу на шёлке, потому оглянулась на даймина.

– П… простите, даймин. Да, я только-только закончила. Мне можно отвечать?

Я крепко держалась за полотно шёлка, на котором успела написать шпаргалку. Наверное, обсуждение лекции выдалось у дайминов выматывающим, ибо даймин Ирсай принял – вдруг – вполне мирный для него вид.

– Можно, – непривычно мягко разрешил он и принялся собирать вещи.

– Дословно “мирза” – “достойнейший в роду”. Род подразумевает племя, потому как род выбирает среди своих лучшего, чтобы он – или она – вёл своих людей, поддерживал в племени порядок, был примером силы и мастерства…

Я наблюдала искоса за даймином. Тамаш Де Тюур уже ушёл, потому никто не мог меня спугнуть за этим маленьким шпионажем. Мужчина вытирал кисть для письма с такой элегантностью, что смог заинтересовать точностью движений эрмия.