Эжелья

Тот был с длинным водопадом золотых волос, волнами, спадающими на спину. Глаза жёлтые обведённые более тёмными ресницами и бровями. Одет помпезно и с массой украшений.

Артём или, наверное, всё же Армет был словно с белым мелированием в светлых прядях. И глаза были чёрные, а обводка ресниц и бровей более чёрная, чем у правителя. Уголки глаз хищно приподняты к вискам и длина прядей короче, чем у его брата. Я поняла, что на нём до этого была иллюзия. Она закрывала не только слишком красивое лицо, но и украшения, одетые на парне.

Он был в дорогих браслетах, кольцах, серьгах и колье. Сразу стало ясно, насколько он непрост. Также скрывался меч и кинжал на приспущенном до бёдер ремне.

Пламя убралось от изменившегося юноши, и тот повернул голову ко мне. Посмотрел своими чёрными глазами и жёстко, и непримиримо сказал.

— Её в темницу. Только отберите вначале листок и ручку. — я непроизвольно рванулась из рук стражников, но меня никто не пустил.

— Брат, а разве это не твои приятели? — насмешливо спросил правитель и подошёл к Армету, чтобы обнять его.

— Асилан, с такими друзьями врагов не надо — ответил парень поговоркой из моего мира и правитель в недоумении поднял брови.

— Из-за этой добросердечной дурёхи у меня закончились такие интересные и полезные каникулы — пояснил раздосадованный Армет. В ответ он крепко обнимал брата и снова посмотрел на меня, недовольно, но сдержанно. Я почему-то сразу вспомнила несколько его попыток в колледже завязать общение. Я их благополучно динамила.

Асилан отпустил его и подошёл ко мне. Разглядывая, схватил за подбородок. Поднял лицо к себе и произнёс.

— Миленькая, а когда впитает достаточно магической энергии нашего мира, то станет большой красавицей — и не отстранится от влиятельного парня. Стражники крепко держат, а сильная рука Асилана не позволяет отвернуться. Его оценивающие изучения моей внешности прервал Армет. Отдёрнул своего брата от моего лица и потребовал:

— А до тех пор пусть сидит в темнице. Там у неё будет достаточно времени обдумать, стоит ли, вмешиваться в дела незнакомого государства или лучше жить и не отсвечивать.

— я сердито смотрела на Армета, когда меня и Димита уводили. Отправили нас на нижние этажи в подвал. Там была тюрьма и я с Димитом заняла соседние камеры. Через стенку я слышала тоскливые слова красноволосого парня. Он продолжал убиваться из-за того, что его любимая сестра всё же будет выдана замуж.

Я помнила худого парня рядом с его сестрой.