Огонь войны и пламя любви

Сердечное пламя

-Милена! Срочно неси сюда отвар лакитуса! - взволнованно прокричала Рохана Хар, суетясь возле тяжелораненого обертлуга.

Девушка бросилась к стеллажам с целебными настойками и травами. Найдя необходимое лекарство, она поспешила к целительнице. Рохана выхватила из рук взволнованной помощницы чудодейственный напиток и попыталась влить его в рот умирающему воину. Обертлуг проглотил несколько капель, а потом вдруг задёргался, что-то прохрипел и замер. Глаза его остановились, уставившись в низкий деревянный потолок.

-Рахтир! Рахтир! - трясла его за плечо пожилая женщина, но воин не реагировал. Милена закрыла ладошками глаза и расплакалась.

-Ну что ж поделать? - вздохнула Рохана, похлопав по плечу помощницу. - Это война, а на войне умирают.

-Но мы же дали Рахтиру нужные лекарства, - всхлипывала Милена, - мы столько дней его выхаживали! Как же так?

-Не всех можно исцелить, - покачав головой, ответила Рохана, - этот парень получил слишком тяжёлую рану... не плачь же, ибо дух его вознёсся на небо, где и бед нет никаких.

Это нас с тобой надо пожалеть... особенно тебя, юное дитя...я ведь своё уже отжила.

-Не говорите так, Рохана! - горячо возразила Милена. - Без вас что будут делать обертлуги? А что буду делать я? Вы же, можно сказать, спасли меня от княжеского меча, от его смертоносной руки.

-Какие красивые слова, - горько усмехнулась Рохана, - но думаю в том, что ты жива, заслуга моя не велика. Ранарт Рахт убил бы тебя, если бы захотел, не стал бы он слушать старуху, пусть даже и свою дорогую наставницу.

Нет. Ранарт сам обуздал свой гнев, я лишь вовремя внушила ему нужные мысли. Он же мог с ними и не согласиться. Поверь, вулквонский князь чрезвычайно упрям. Делает то, что считает нужным. Такой несгибаемый правитель нужен в столь грозные времена.

Милена вздохнула и с сожалением посмотрела на почившего молодого воина. Его чёрная густая шевелюра слиплась от крови, глаза, утратив желтизну, поблекли. Рохана их закрыла, проведя морщинистой рукой по векам.

-Покойся с миром, верный сын Вулквонса, - прошептала она.

- Милена, смой кровь с его волос, мы приготовим героя к погребению.

Милена принялась выполнять это скорбное поручение. Уже несколько дней боролись они за жизнь этого юноши. Ночами спали по очереди, особенно тяжела стала минувшая ночь, когда умирающий испытывал предсмертные муки. У Милены сердце разрывалось, глядя на его страдания. Теперь же душою её овладела такая скорбь, что находится в Покоях для раненых она не могла.