Академия имен-2. Доверь мне свое имя

Мне даже попались мемуары одного не в меру любвеобильного мага, который подправлял воспоминания своим любовницам. Я похихикала и уже собиралась убрать томик на место, когда принц перегнулся через мое плечо, изучил название и отобрал у меня книгу.

- Эй, ты чего? – возмутилась я.

- Это мемуары! – Сокол постучал по обложке пальцами. – То есть, здесь может быть намек на реальные магические действия. Мысли шире, Лучик, иначе состаришься в этих стенах, а после упокоишься на местном кладбище.

- Вот еще заноза! – воскликнула в ответ, однако в глубине души готова была признать, что принц прав, и на страницах этой незатейливой истории может быть намек на выход из нашей ситуации.

- Не беспокойся, Лучик, если в библиотеке и есть намек, как вернуть человеку память, я его найду.

И у меня не было причин сомневаться в обещании Сокола. Я только кивнула и потянулась за очередной книгой. Впрочем, дальнейшие поиски ни к чему не привели. Принц дождался, пока моя отработка закончится, и милостиво проводил меня до второго этажа.

- Завтра продолжим, - пообещал он, замирая у входа в коридор. – Одного не понимаю: ладно студенты, но почему никто не рассказал преподавателям о том, что произошло? Если бы они знали, кто-то уже мог найти выход!

- Дерек говорил, что не только Ноксу было известно о его состоянии, - вспомнила я.

- «Не только Ноксу», - передразнил меня принц. – Когда есть проблемы такого масштаба, Лучик, молчать о них – это трусость, иначе не назовешь.

- Ты не прав, - попыталась его вразумить.

- Да? – прищурился Сокол. – И в чем же?

- Паника…

- У кого? У преподавательского состава? – хмыкнул он. – Их нервы крепки, как канаты. Не нравится мне все это, Лучик…

Можно подумать, кому-то нравится. Больше спорить с принцем я не стала: пусть поступает, как считает нужным. Вместо этого попрощалась и пошла к себе, а Сокол направился на третий этаж.

Глава 5

УРОК 5

Цени свое время

Принц Сокол

Впервые в жизни Сокол понял, как это – когда в груди жжет жаром пустыня. Именно это он и испытывал с той самой минуты, когда узнал о смерти отца. Он словно окунулся с головой в кипяток, и теперь никак не мог вынырнуть.