О невестах, Бессмертных и чужих мирах

Перед тем как покинуть место отдыха, я успела выглянуть из-за плеча и увидеть, как с ненавистью искривляется лицо царька. Как он хватает за горло одну из девушек и со злостью давит, давит…

Дальше всё, как в тумане. Голова раскалывалась, живот сводило от голода, в теле не было и капли энергии.

Хотя нет, крохи нашлись, когда мы очутились на ещё одном острове, и я увидела точку перехода, через которую мы и попали в этот мир. Зато стало понятно, почему при «входе» мы падали с неба — постамент с менгирами, окруженный зелёным светом, занимал почти всё пространство летающего острова.

«Это великолепно!» — забывшись, хотела произнести я, чувствуя, что от увиденного у меня наворачиваются слёзы на глазах. Но не смогла произнести и слова, как опасный мужик Сирруш прижал меня к себе и закрыл рот поцелуем. Почти сразу отстранился, схватил за руку и потащил к постаменту.

Мне очень хотелось рассмотреть местную точку телепорта, но выбора мне не оставили и втащили в портал.

Стоило мне ступить на землю, как меня накрыло…

«Только не снова!» — успело пронестись в голове.

…БОЛЬЮ… СТРАХОМ… ОБИДОЙ…

И этот поток энергии и эмоций чужого существа был такой сильный, что попросту лишил меня сознания.

***

Мне давно уже так не было хорошо. Тело словно парило, в голове была легкость. Не хотело открывать глаза. Ничего думать. Делать. Просто лежать так, и лежать… А потом это прекрасное чувство спугнул детский звонкий голос:

— Сайя! Сайя! Она больше не спит!

— Знаю, что не спит, — ответил другой голос: мягкий и мудрый.

— Не кричи, иди Богу Сиррушу скажи.

— Хорошо, Нелля!

Послышались звуки шагов, и через пару мгновений в женском голосе не осталось и толки мягкости.

— Вставай, девка! — С меня нагло сдёрнули покрывало и больно ущипнули за икру. — Хватит притворяться! Скоро придёт наш Бог Сирруш и ты должна быть готова к его прибытию.

Да когда это всё закончиться то, Мать Марина!

Я не поднялась, вскочила с лежанки — опять она! Где моя удобная кровать с периной?! — и злобно уставилась на женщину.

Она оказалась не очень старой, как я почему-то подумала, а моего возраста. Может немного моложе. У неё была очень светлая кожа, узкие чёрные глаза, волосы спрятаны под странной шапкой с мехом и украшениями из вязаных ниточек, спадающих на лоб. Да и тело её было покрыто одеждой из меха и кожи, украшенной вышивкой и аппликацией. Но самое странное — рисунки на её лице. Красные, чёрные, синие, зелёные, жёлтые линии переплетались в непонятных для меня узорах и символах.