Царевна Лягушка. Приворот

Братья вздохнули и не сговариваясь посмотрели на кровать в поисках лягушки.

Что-то она подозрительно замолчала. Но на ложе паскудного создания не оказалось. Как и под ним.

— Сбежала! Она сбежала! — начал метаться по комнате Иван. — Меня же батенька бранить будет!

— Обиделась, — догадался Белозар. — Вы про неё таких пакостей наговорили, что она решила уйти.

— Да всё равно ей! Енто ж животное! Она и речи человеческой не понимает.

Всеволод ещё раз заглянув под кровать, слегка ее приподняв над полом, начал разминать плечи.

— Я вообще не понимаю в чём проблема? Ну сбежала лягуша, так можно другую изловить. Они ж все на одну морду. Или ейная для тебя всё же чем-то отличается?

Иван царевич задумался. Да ничем она не отличалась. Разве что скандальная, да кусается больно.

— Отличается, — ответил вместо него Белозар. — Она перед тем как сбежать, похоже кольцо твое схватила, — кивнул он на палец младшего брата и тот, увидев, что пропал подарок его маменьки побелел белее полотна.

— А как же я теперь?! — спросил он. — Что ж делать то?!.. Это ж подарок маменькин!

— Искать придется, — развел руки в стороны старший.

— Да где ж я ее найду? — запричитал Иван.

— Пока что в царском тереме ещё. А ежели тянуть будем, то уже и по округе бегать придется, — заметил средний сын.

И бросились царевичи на поиски невесты... Ну как бросились... Старший в окно посмотрел и сказал, что жаб нигде не видит. Разве что Настька ненавистная его сердцу в саду гуляет, да своим видом кур пугает.

Отчего старший так возненавидел обычную девку, что помогала по кухне, никто так и не смог выпытать. Его братья смотрели на нее смотрели и не могли понять, чем же она вдруг жабою стала. Обычные косы русые. Не до пояса конечно, но тоже ничего. Глаза голубые, почти как у многих в тридевятом.

Вот ежели бы она была с тришестого то они бы у неё карими были. А так самая что ни есть коренная жительница.

Средний сын поковылял в библиотеку, объяснив, что ежели можно что-то и найти, то только там.

И остался младший сын один одинешенек со своими проблемами.

Поняв, что ему никто не помощник, стало ему грустно. Даже есть захотелось. Порывшись в ящике, он нашёл старый кусок хлеба густо намазанный вареньем, которое уже успело и заплесневеть и испортится.

— Это же какой дурак его в ящик положил?! — возмутился Ванюша, но тут же замолчал вспомнив, что это он сам туда его и засунул.