"Другая жизнь"

Теперь я знала, кто заинтересуется делами господина Ламбре. Это будет организация под названием – «Сеть». Что же касается мсье Паскуаля, то я уже не сомневалась, что он имел непосредственное отношение к делам Эдмона. Если он был другом его покойного отца, значит, помогает и сыну. Наверняка, он и есть его главный советник.

Возможно, мсье Паскуаль действительно разбирается в астрологии, но это не самое важное, потому что я чувствовала в нем дар, подобный моему. Вот в чем была его сила. Это поразило меня еще при первом знакомстве, но тогда я не была уверена на сто процентов, а сейчас я осознала это в полной мере.

После завтрака мистер Риверстоун пригласил всех на ипподром. Там сегодня должны были быть забеги. Своеобразная подготовка к более серьезным турнирам. Естественно, все согласились. И, оседлав своих лошадей, мы двинулись в сторону аллеи. Ехали парами: Мистер Риверстоун вместе с подъехавшим ранее Гарри, Кристоф - с мсье Паскуалем, а я – с Эдмоном.

-Мне нужно с вами поговорить, Хельга. – Начал Эдмон.

-А разве мы с вами сейчас не разговариваем?

-Сейчас слишком много свидетелей.

-Свидетелей чего? Разве вы мне хотите раскрыть государственную тайну? – Попыталась отшутиться я, так как уже поняла, к чему он клонит.

-Сейчас не время для колкостей, Хельга. Нам предстоит серьезный разговор. Придержите Грома. Давайте отстанем от остальной группы. – Чуть ли не в приказном порядке сказал Эдмон.

-Вы мне приказываете?

-Пока что я вас прошу!

-Хорошо. – И я придержала Грома.

Через несколько минут мы оказались на достаточном расстоянии от остальной группы, Эдмон спешился, попросив меня сделать то же самое, и присел на одну из скамеек кленовой аллеи.

-Хельга, - начал каким-то сдавленным голосом Эдмон, - в этой жизни я достиг многого, но мне не хватает одного.

-Чего?

-Любви.

-Но зачем вы это говорите мне?

-Затем, что я считаю вас единственной женщиной, которая это может мне дать.

-Знаете, Эдмон. По своей напористости вы мне напоминаете Наполеона, он случайно не ваш родственник? Но учтите, здесь не поле боя, а я не вражеская территория, чтобы меня завоевывать. Я поняла бы вас, если бы вы знали меня достаточно долго, но…

-Молчите! Вам меня никогда не понять.

-Вот видите, Эдмон, вы сами себе противоречите! Как бы я смогла вас полюбить, если я никогда, по вашим словам, не смогу вас понять.