Убить Сердце Мира

Через несколько минут рядом с ней уже стояли Вифиртас, мать Валенса и мальчишка, который с утра показал ей дорогу к дому главы деревни.

Меральда, сложив пальцы в щепотку, провела ими по воздуху, словно вытаскивая что-то из невидимых кармашков. У неё в руке возникла длинная игла серебряного оттенка. Она повернулась к подошедшим людям и с улыбкой спросила:

— Ну, кто первый?

Вифиртас ухмыльнулся и уверенно подошёл к девушке. Та протянула ему иголку и кивнула в сторону гроба.

— Воткни в крышку!

Младший брат Валенса без лишних вопросов сделал то, что ему сказали.

Мальчик же заколебался.

— Как тебя зовут? — спросила у него Белая Вдова, видя его сомнение.

— Яков, — холодно ответил он. — Да и какая разница?

— Воткни иглу в гроб, Яков! — приказала она, не прекращая улыбаться. Но тот самодовольно ухмыльнулся ей в ответ.

— Ещё чего! Зачем? — Мальчишка упрямо скрестил руки на груди.

— Разве ты не хочешь попрощаться со своим другом? — деланно удивилась она.

Яков закатил глаза, фыркнул и отвернулся. Меральда искусно изобразила грусть и разочарованно вздохнула. Она придвинулась к нему и зашептала на ухо:

— Воткни иглу в гроб, Яков! — Её нежный голос прошёлся по ушам с лёгким эхом и мальчик, словно под гипнозом, послушно сделал, что приказали.

Казалось, что процедура завершена, но Меральда повернулась к Ароссу.

— Теперь вы, — сказала она.

Мужчина дрожащей рукой взял иголку, которую девушка извлекла из воздуха, но перед крышкой внезапно замешкался.

— И всё-таки зачем это нужно? — спросил он.

— Паучьи иглы не позволят вашему сыну выбраться оттуда при помощи эриния, а также погрузят его в состояние искусственной смерти, — пояснила она. — Ибо люди с большим количеством эриния в крови живут очень-очень долго!

Истеричный смех под крышкой прекратился, будто Валенс наконец понял, что происходит. Послышались громкие удары. Гроб зашатался, а воткнутые иглы засветились.

— Втыкайте!

Мужчина не пошевелился. Изнутри послышались крики... Аросс задрожал.

— Втыкайте! Немедленно втыкайте! Иначе я вас всех здесь похороню!

На этот раз он действительно заплакал. Слёзы неприятно обожгли щёки и закапали на крышку гроба. Валенс начал жалобно звать отца. Так же он звал его, когда ему было всего шесть лет.

— Три, — начала обратный отсчёт Меральда. — Два...