Морской закон

Русалкой можно было встать только через утопление, и жили они вечно, отсюда жизнь и вода. Самое интересное, что книга писала о том, как призвать нужную русалку песней. Агата бегом побежала наверх, растолкала сонного оборотня, который не хотел просыпаться и слушать. Некоторое время они счастливо дурачились и боролись за одеяло.

– Скажи, – запыхавшаяся Агата перестала тянуть одеяло, и довольный Максим обмотался им как червяк со всех сторон.– Где в вашем мире море?

– Да много где.– Ответила гусеница голосом любимого.

– А как можно туда попасть, у меня появилась идея насчёт встречи с Полиной.

– Ну, рядом замерзший финский залив, это почти море. Но, можно и в Сочи слетать.

– Как слетать?

– На самолете, видела в небе такие штуки маленькие, на самом деле они огромные и вмещают в себя триста человек, моя необразованная любовь. Нужно только тебе паспорт сварганить.

Когда он закончил говорить, ему ответила тишина. Удерживая одеяло рукой, он вытащил голову из кокона и с сожалением узнал, что в комнате уже никого нет.

Снизу голос Агаты уже разговаривал с Демидом по телефону. Некоторое время он совершенно счастливый пытался обратно заснуть, но его мучительница вернулась.

– Пошли есть, можно уже забирать документы они давно готовы и лететь к морю.

После она дернула одеяло и забрала его себе ,чем окончательно убила надежду в продолжение прокрастинации оборотня.

Глава 26.Море счастья с привкусом горечи.

Море не подвластно деспотам. На поверхности морей они могут ещё чинить беззакония, вести войны, убивать себе подобных.

Но на глубине тридцати футов под водою они бессильны, тут их могущество кончается!

Жюль Верн

Море ранней весной совершенно особенное. Внешне холодное оно продолжает манить к себе незадачливых туристов. Местные знают об этом коварстве и спокойно ждут тепла. Приезжим ждать некогда они лезут в воду, до онемения замораживая ступни, а иногда и тела. Соленые и счастливые выбираются на берег и чувствуют, что вот это и есть острая первобытная жажда жизни.

Агата прожила без моря всего неделю.

И встретившись вновь улыбалась, как старому доброму другу. Да тут не было множества построек на воде, однако было достаточно причалов с небольшими домиками. Острое чувство тоски по дому родилось в районе сердца и заставило его саднить, как порез.

Максим видел, что с ней происходит и не мешал. В самолете он не мог на неё наглядеться, таким детским восторгом озарялось её лицо. Летели они всего полтора час, без особой турбулентности и приключений.