Сиротка для дракона. Бои без правил

И волнение Оливии, которое он ощутил не так четко, но все же уловил.

— Что с Лианор?

— Откуда ты знаешь, что дело в ней?

Эта манера отвечать вопросом на вопрос, подхваченная подругой от матери, раздражала Родерика и в более спокойные моменты, а сейчас и вовсе хотелось зарычать. Он взял себя в руки.

— Догадался.

— Так это ты тот парень, что задарил ее артефактами?

— Я, — не стал отнекиваться он. — Что с ней?

«Сайфер»?

«Откуда мне знать, если истинная связь не установлена? Ей страшно и плохо — это то, что я чую».

Тогда откуда он знает про Дворец правосудия? Впрочем, неважно. Нори арестовали? За что? Она ведь мухи не обидит.

Поправка — не обидит, если ее не задирать. Неужели кто-то вывел девушку из себя настолько, что она серьезно кого-то покалечила, а то и, не ровен час…

Нет. Нельзя строить предположения, пока нет фактов.

— Значит, к тебе она бегала вечерами. Я тебя сама убью, вот только разберусь… — Оливия резко выдохнула. — Извини. Это подождет. Сделай мне портал. Если тебе не совсем на нее наплевать…

Не совсем наплевать? Родерик заставил себя успокоиться.

С точки зрения Оливии все и в самом деле выглядело очень некрасиво: парень его положения мог увиваться за простолюдинкой только с одной целью.

— …оставайся, я буду рассказывать отцу, послушаешь. Не хочу тратить время, повторяя дважды.

Не расспрашивая больше, Родерик сотворил портал. Он хорошо помнил ориентиры: дом Сандью был одним из немногих, куда он мог завалиться в любое время суток безо всякого повода.

Где рады были ему самому, а не его знакомствам и родственным связям.

Они вышли из портала у самой двери дома, скрытой густыми садовыми зарослями. Оливия коснулась косяка, и дверь сама распахнулась. В вестибюле словно из ниоткуда вырос лакей, поклонился.

— Мне нужно немедленно увидеть папу, — безо всяких предисловий заявила Оливия.

— Его сиятельство изволит почивать.

— Я знаю. Разбуди его, пожалуйста, скажи, что я очень просила. И предупреди, что у нас гость.

Лакей с поклоном удалился, а Оливия потянула Родерика в малую гостиную.

За руку, как в детстве, когда, набедокурив, она просила его «постоять рядом», чтобы родители не распекали слишком сильно. Ее держали в строгости. Хотя Родерик был уверен, чета Сандью обожала свою старшую дочь. Как, впрочем, и остальных детей.

— Папе сегодня не на службу, в такие дни он еще спит в это время, — сказала Оливия, устраиваясь в кресле. — Подождем немного.

Родерик, без приглашения сел в другое.