Крылья

Я не успел додумать, до чего сладко в груди сделалось, от того, что позвала. Да так легко. Да так просто.

Отложил светляков в сторону. Лег рядом с Верой, обнял, прижался, и стал целовать ее в губы неумело.

# # #

Ландгрувер хохотал как сумасшедший, прыгая на одной ножке вокруг круглого пузыря со Светляками. Тонкий высокий в начинающих отрастать складках, гибкий и неуклюжий одновременно, почти голый, в одной набедренной повязке, он ломался в поясе, закидывал руки за голову, прыгал и дрыгался, кувыркался через голову и рубил пальцами воздух вокруг себя.

- Вот здесь ровнее… - Услышал он из угла в густой тени ровный низкий голос. – Стал двигаться ровнее. Движения перестали быть ломанными и скорыми.

- Ты смотрел? – Задал вопрос из угла все тот же голос.

Ландгрувер ничего не ответил. Он запрокинув голову дышал, высоко поднимая грудь и втягивая живот так, что выступали позвонки, потом опускал голову и вдавливал грудь, выпячивал живот, снова поворачивался и кланялся невидимому то ли партнеру, то ли противнику

-Ты не ответил…

- Да… - С шипением выпустил из легких воздух Ландгрувер и сложил ладони перед собой в знаке Поклонения.

- Что ты видел? – Проговорил голос. Ландгрувер закрыл глаза и застыл, словно каменная статуя. Мышцы на его теле вздулись в напряжении, проявив недюжинную силу.

- Да, Ландгрувер, ты готов к испытанию и, наверное, скоро получишь оранжевую тогу. Но я спросил о том, что ты дела сегодня ночью.

- Я знаю, что ты не спал. Ты смотрел.

- Я не против… Уже не против того, что не только слушаешь сам, но и смотришь.

- Однако, я обязан спросить тебя о том, что ты видел. – Ландгрувер выпустил из легких воздух и стал расслабляться. Медленно мускул за мускулом, словно к каждому у него был рычажок и выключатель. Когда его голова поникла, а тело стало вновь казаться нескладным, он открыл глаза, и посмотрел в угол, из которого раздавался голос.

- Я смотрел… Я видел… И с каждым разом мне становится делать это легче. Я нахожу их уже совсем быстро, отец.

- Это хорошо… - Уиллисис поднялся с низкого стульчика в углу и вышел ближе к свету.

Он был в простой домашней одежде. Широких черных штанах. В куртке на веревочных петлях с белой подкладкой. В легких, почти невесомых сандалиях на упругой подошве из трех слоев специально обработанной кожи.

Храмовник вдруг сделал длинный выпад, целясь острыми пальцами Ландгруверу в глаза. Ландгрувер упал на одно колено и повел по кругу ногу, стараясь лишить Уиллисиса равновесия.