Украденная судьба

— Все равно тебе не скрыть своих злодеяний!..

А у меня не только соображение отнялось, связная речь и та не давалась. Я лишь бормотала что-то невнятное, умоляла, сама не знаю о чем.

— …Скольким людям ты сломала жизни своим черным колдовством?! — требовал дознаватель. Я помотала головой, по щекам катились слезы.

— …Плохо, Милика! Очень плохо!

Потом веревка начала натягиваться, выворачивая мне руки. Я заорала, забилась в панике…

…и потеряла сознание.

***

В себя пришла в камере. Я лежала на полу у стены, и сорочка по-прежнему была насквозь сырая.

Я осторожно пошевелилась. Руки болели, но, по крайней мере, не были вывихнуты или сломаны… Все уже случилось.

Но раз я в камере, признания моего так и не добились? Значит, все действительно повторится… Или я все же призналась, и в следующий раз меня потащат прямиком на казнь?

Дверь открылась.

— Очнулась? — раздался смутно знакомый голос.

На пороге камеры стоял человек в черных одеждах. Давешний безумец из парка.

Тот, из-за кого я здесь. Хотя дознаватель и не называл меня прежним именем, но откуда еще стража могла узнать, что я владею магией судьбы?

Я, затаившись, смотрела на вошедшего. Он изучал меня без стеснения, с брезгливостью, которую не скрывал.

— Поднимайся!

— Что… к-куда? — выдавила я и чуть не откусила себе язык — так стучали зубы.

— Куда прикажу, — отрезал он.

— З-зачем? — тупо спросила я, все еще не двигаясь с места.

Он выгнул бровь:

— Хочешь остаться здесь? Или позвать стражу, чтобы любезно тебе помогла?

Я попробовала подняться. С первого раза не получилось. Незнакомец ждал, не пытаясь помочь, но и не поторапливая. Когда я все же встала, он почти швырнул в меня объемным свертком, который держал в руках. А я и не заметила сразу.

Это был шерстяной плащ с капюшоном.

— Пошли, — человек в черном, уставший ждать, только скривился.

Я чувствовала взгляды стражников, но не смотрела по сторонам.

Что теперь? Чтобы казнить ведьму, плащ ведь не нужен?

Дознаватель вышел нам навстречу, такое ощущение, что специально.

— Вы уверены, что вот так просто ее заберете, господин Плантаго? — спросил он у человека в черном и протянул ему какую-то бумагу, свернутую в трубочку. — Сбежит ведь.