Иван, злато драконово да царство Кощеево

Хорошо, что рядом еще сварка не сверкала. А то бы совсем бедолага зрения лишился. Некоторое время они молчали, затем девушка вопросила:

– Что случилось, рыцарь?

– Кто ты, и каково твое имя?– в лучших традициях махрового сионизма ответил вопросом на вопрос витязь с рваными волосами.

– Зовут меня Лю, я из рода болотных нимф.

– Значит ты нимфоманка? Из Южного Китая? Морок на похоти настоянный, да на добрых молодцев изливаемый?

– Нет, я настоящая, а ты?

– Я не знаю,– грустно ответил рыцарь,– когда-то был рожден людьми, но после обновления смысловой парадигмы и раскола в неоязыческой общине, вызванной.

– Как имя твое, страдалец?

– Иван из боярского рода Кокошкиных.

– Не из тех ли, что у двора Кощеева сокольничими служили?

– Из тех, из тех... Что яйцо в утку, утку в зайца, зайца в медведя...

– Ох и времена ж лютые были,– попечаловалась Лю.

– Но забавные,– невпопад заметил рыцарь.

– Отчего же уныние твоё?

– Дама моего сердца скончалась - с надрывом промолвил Иван, ударив латной рукавицей оземь.

– Позволь мне утешить тебя, рыцарь?

– Нет мне утешения, как нет мне и прощения

– Почему, боярин?– тут же подбодрила его нимфа, разом переместив на магическом социальном лифте на два яруса выше. Хотя что ему, посвященному в лорды самим королем бриттов?

– Потому что прекрасная Дарья скончалась от моей руки, я зарубил её в приступе мрачного безумия.

– Как так вышло-то?– всплеснула руками в сценическом ужасе лесная обольстительница. Ее сердце забилось бойким зайцем, пойманным в охотничьи силки,– "Хо-лос-той ведь!!! И даже не в отношениях!!!"

– Она посмеялась надо мной... И я убил спящую Дарью, разрубив её пополам своим мечом, считая, что она принесет мне и моей душе погибель, когда проснётся. Нет, не проснется она уже никогда,– всхлипнул рыцарь.

– "Вот и ладненько,– мысленно потерла узкие ладошки дальновидная Лю,– Да как славно-то! Словно тушу кабанью... Раз,– и напополам... Тут уж ни мертвая вода дядюшки Кощея, ни живая от Ладушки-забавушки не поможет! Дудки! Панночка вмерла, так вмерла!"

– Пару недель я бродил по окрестностям сам не свой и грозил порубить мечом любого встречного-поперечного.

– "Поперечного,– незаметно прыснула в кулак болотница.